У каждого в этих наступательных операциях были свои трудности. Для 8-й гвардейской армии главные трудности состояли в том, что на первых порах наступление должно было вестись без каких-либо средств усиления, 23-й танковый корпус ожидал пополнения танков и другой техники. Стрелковые части не имели в своем составе танков и не могли быть усилены за счет танковых частей. Продвигаться нужно было по местности, укрепленной противником, по раскисшей и размокшей почве. Дорога на Апостолово была для него глубоким тылом, когда наши войска стояли на левом берегу Днепра; с того же момента, как мы переправились на правый берег, враг развернул свой фронт на север и северо-восток, построил и продолжал укреплять и без того сильные оборонительные рубежи на речушках, которые превращались в труднопроходимые водные преграды. 14 ноября я как командующий армией утвердил план операции, предусматривающий движение войск вдоль железной дороги Днепропетровск — Николаевка — Апостолово, с обходными маневрами вокруг сильных опорных пунктов противника на железнодорожных станциях. На первом этапе операции планировался прорыв фронта по линии, которая проходила через Екатериновку, Владимировку, Томаковку, поселок и станцию Незабудино, Натальевку, Павловку, Пропашное. Овладев этими населенными пунктами, и контролируя железную дорогу, армия могла взять направление на Николаевку. Овладев Николаевкой и станцией Лошкаревка, мы открывали ворота на Апостолово.
Стало быть, ближайшей задачей был удар на Николаевку. Здесь — обеспечить стык и взаимодействие с 46-й армией, которая наступала правее 8-й гвардейской. Задача не из легких. При планировании всей операции, конечно, учитывалось, что противник может оказать упорное сопротивление и со сроками получится не все гладко. В приказе указывались крайне сжатые сроки. Страна нуждалась в криворожской руде и никопольском марганце.
Задача эта была, конечно, очень трудной, однако ее выполнение было вполне реальным. Со дня на день можно было ожидать, что германское верховное командование примет решение об отводе 6-й и 1-й танковой армий с Никопольского плацдарма, избегая риска получить второй Сталинград.
Наступление советских войск могло попасть в ритм этого отхода, дезорганизовать спланированный отвод войск, внести сумятицу в стан противника. Это и побуждало нас выдвигать задачи перед армиями с некоторым завышением. Службы тыла тоже должны были иметь соответствующую ориентировку.
Первые дни наступления дались очень трудно. Гитлеровцы бросали в контратаку танки, а наша пехота имела для борьбы с ними лишь противотанковые ружья и полевую артиллерию на конной тяге.
Вспоминается мне бой за поселок Незабудино. Я наблюдал за нашей атакой с наблюдательного пункта, оборудованного на высоте с отметкой 192,7 в километре от станции. В атаку шли части 47-й гвардейской дивизии. После короткой, но эффективной артподготовки, скорее даже артналета, стрелковые части поднялись в атаку и выбили противника из поселка. А должен заметить, что наступление велось по пашне. Тот, кто знает, во что превращается чернозем после обильных осенних дождей, тот поймет, что такое пашня для перебежек в атаке. На сапоги налипали пудовые комья земли.
Овладев северной окраиной поселка, гвардейцы начали продвигаться к южной окраине. В это время с южной окраины вышли четыре самоходки противника. Что можно было с ними сделать, чем остановить их? Они не подходили на близкую дистанцию. А противотанковое ружье с большой дистанции брони не пробьет. Самоходки спокойно вели прицельный огонь. Наступление захлебнулось, пехота вынуждена была остановиться. Будь в наших боевых порядках три-четыре танка или самоходные пушки, атака получила бы иное завершение.
Некоторый перелом наметился к 20 ноября.
К этому времени войска 8-й гвардейской армии овладели Владимировкой, Томаковкой, Черниговкой, Авдотьевкой, Натальевкой, Незабудиным, Екатериновкой. Это за шесть дней наступления составило лишь 10 километров продвижения в глубину разветвленной обороны противника. Но эти населенные пункты были удобны как исходные рубежи для дальнейшего наступления.
К нам подходили танки. Подошел 23-й танковый корпус, хотя и слабого состава. Прибыла и отдельная танковая бригада, и несколько пополнились танковые полки. Это уже было кое-что! Но именно «кое-что»!
23-й танковый корпус. Командир корпуса Герой Советского Союза генерал-лейтенант Е. Г. Пушкин. Заслуженный боевой генерал, отважный человек. С корпусом мы прошли бок о бок с Северного Донца к Запорожью. Он активно участвовал в боях за Запорожье в ножном наступлении. Из него выковывалась грозная сила. Но сюда, к нам, для наступления на Апостолово, он пришел с сильно поредевшими рядами. В корпусе имелось всего лишь 17 танков и 8 самоходных орудий.