Котенок, искоса посмотрев мне в лицо, удобно устроился на груди и принялся вычищать свой хвостик. Потом без всякого повода (я не ругался, ни, боже упаси, не бил, ни даже пальцем не тронул) принялся ворчать. сначала потихонечку, беззлобно, но к середине философической речи уже повизгивал, как циркулярная ржавая пила, даже противно становилось. Политическая обстановка, что ли, разонравилась в стране? А я тут при чем, инвалид 3 группы, слабый и беззащитный?
М-гм. А вот ворчание действительно весомый довод в пользу сварливой от природы Гризли. Я потихонечку потрогал ее черные губы – характерные черты мордашки опять же Гризли (мамина-папина черта наследственности). Нахмурился. Если вы думаете, что я рад оказаться зрителем процесса обратного развития, то глубоко ошибаетесь. Как ни крути, это всего лишь еще один факт в пользу того, что у меня развивается глюк, а я, увы, практически сумасшедший. И еще один признак – кругом одни красавицы. Я не специалист, но об этом даже фантасты пишут. И психиатры. Дескать, только привидятся одни красивые бабы, – значит, либо поехал головой, либо нажрался самогону и спирту. Ибо трезвому нормальному мужику такая картина представится не может. А я уже почти год ни капли. Значит, точно того, поехали!
Я положил Гризли на ладонь, опрокинул на спину, загнул ей в глаза, пытаясь что-то в них понять из детства. Увы, никакого младенчества в них совершенно уже не было. Взрослая кошка. Но и разум в них существовал только в виде стервозного женского характера. Я тяжело и обреченно вздохнул. За что ж меня опять наказали? Не виноватый я, она сама пришла!
Дав возможность поглядеть в кошачьи глаза и ощутить все глубину своего падения, Гризли вдруг ловко вывернулась и обратно подпрыгнула на мою грудь, как постамент, заорав жутким детским басом:
- Наглые лопоухие девчонки! Бабыежки! Мало вас родные родители в детстве пороли, как обращаетесь к почтенному человеку в солидном возрасте! Бить, бить и бить, как завещал покойный классик! Закусаю!
Я чуть не исполнил нижний брейк-данс (поскольку был в лежачем положении) от неожиданности. Почти подпрыгнул на метр. И сказать, что от этих слов оказался в шоке, это еще ничего не сказать. Началась новая эпоха моей жизни, как у старушки Земли новый геологический период. Например, Пермский период с резким изменением погоды и массовым вымиранием живности.
И то! В начале я попадаю во время мирного сна неведомо куда. При этом еще абсолютно голым (очки не в счет). И еще не факт, что в окрестностях родимого села (хотя я в это очень не верю. Пожалуйста!). Теперь родная кошка, хорошо известная мне ряд лет, которой природой положено только мяукать и ворчать, начинает по-человечески разговаривать и развиваться задом наперед. Что она еще может, отродье дьявола, – мерцать глазами, превращаться в иное существо, стрелять в смертельного врага заклятьями, чуть ли не в меня?
Короче, в тот момент я не нашел ничего лучшего, как грохнуться в обморок, благо падать было совсем ничего – и так лежал на травке неизвестного вида (в смысле мне незнакомая, а не науке). Гукнулся. В первый и, надеюсь, в последний раз. Как вам нестыдно, товарищ доцент, в ваши-то годы!
Bravissimo! Черт побери эту дранную черную кошку, которая, как и любая женщина, треплет нервы мужчинам злейшим образом, как будто так и положено на этом земном шарике и ни как иначе.
Глава 3
Ограниченная характеристикой Гризли, вдруг поумневшей и заговорившей. В доказательство к новым чертам личности приводится длинная беседа с ней автора.
В данной главе она оказалась обрисована слишком мрачной и стервозной. На самом деле она существенно мягче и добрее, а я гораздо свирепее и наглее. Иначе у нас на Земле никак не проживешь.
Кажется, старушка Гризли, как всегда в последние годы, громко ворчала (разговаривать тогда она еще не могла, но брюзжала, как настоящая женщина человеческого рода), чем-то недовольная. Однако, кому-то в окрестностях, как это не странно, ее спич не понравился (и ему было совсем не страшно за свою жизнь и морду!) и, перебивая ее, смельчак приятным баском быстренько и грубенько объяснил, куда она может засунуть эту распроклятую жизнь и как ее там провернуть.