Я невольно рассмеялась: с Умником не соскучишься, а недовольной возглас одной из женщин "Где вы столько шлялись?" как-то на крики радости и счастья не очень тянет.
А зелёненький ничего так, колоритный типчик. Если издалека смотреть, можно за человека принять. Но вблизи сразу становится ясно — нелюдь. Довольно симпатичный: дикая такая, мрачноватая красота, резкие черты лица, хищные вытянутые к вискам глаза, пронзительно чёрного цвета, такого же цвета с отливом в синеву длинная тугая коса, крепкая мускулистая фигура, высокий рост. Силой и опасностью за версту веет. А уж какие слова знает! Так всё доступно своей жене объяснил, что Умник аж от восторга взвыл и за своим блокнотиком кинулся. Та тоже в долгу не осталась, и если бы старик не вмешался, я бы столько новых слов узнала!
— Ладно, ругаться не будем, — согласилась женщина, — пусть только этот придурок объяснит, зачем он всю упряжь на лошадях перерубил? Как мы теперь их запрягать будем?
— Пусть лучше одна курица головой подумает, что было бы, если б я этого не сделал сразу же после нападения. Или ей аражей мало было, нужна в дополнение толпа обезумевших лошадей, мечущихся по дороге и топчущих всё подряд, да ещё вместе с телегами?
Женщина замолчала, и по виноватому выражению лица стало понятно, что картинку она представила.
— Но где мы теперь сбрую возьмём?
— Вот четыре целых упряжи валяется! — орк указал на мёртвых лошадей. — А с пятой что-нибудь придумаем.
— Деда, — дернул старика за рукав мальчик. — А почему аражи лошадок отпустили?
— Не знаю, внучек, эти твари вообще себя странно вели.
— Да что тут непонятного? — прокомментировала одна ехида. — Просто паучки человечинку свеженькой любят, а не в котлетках!
Перед воротами Неор устроила целое представление в духе женских романов. Я сначала не понимал, и чего это дамы в этих книгах находят. Однажды взял у мамы такой томик, посмотрел — оторваться не мог, всю ночь ржал. Теперь понятно, почему девицы всегда с платочками сие произведения читают. Не, мне платочка не хватило, пришлось полотенце брать!
У пэри Эра'стуар, судя по всему, эти романчики вообще были настольными книгами, так как знала она их досконально и сейчас наглядно это продемонстрировала. Тут было и заламывание рук, и всхлипы, и пафосные возгласы "О, вот эти двое отважных эльфов спасли меня из рук коварных похитителей" (какого аража она им, похитителям, сдалась!) и "Теперь у меня столько сильных и мужественных защитников!", и слёзы, и объятья с поцелуями. "Спасители" к счастью успели отскочить и прикинуться неотъемлемой частью местного ландшафта, как то статуя "Добрый стражник приветствует въезжающих в город" — это я! (а что, вытянутая рука очень даже похожа!) — и мраморный монумент "Подайте убогому на пропитание" — это споткнувшийся от спешки и упавший Эйри. Для полноты картины я даже кинул ему медянку. От подзатыльника привычно увернулся. И чего это у эльфов лица такие вытянутые? Странно… Мне всегда казалось, что они существа культурные, и должны ценить виды искусства, в том числе и скульптуру!
Вдохновлённые видом прекрасной скульптурной композиции "защитники" не сумели увернуться и были каждый по очереди самым жесточайшим образом затисканы и зацелованы. Кто это, интересно, говорил, что эльфы красивая раса? Извращенец, араж его задери! Глаза навыкате, рот приоткрыт, руки трясутся — красота так и прёт!
Запасных коней у "защитников" оказалось всего два. "Княжна" любезно предложила их нам с Эйри, а сама выбрала золотистика, который командовал этой группой, уселась позади него, вцепившись из всех сил. Ещё бы! Когда ещё можно будет безнаказанно с эльфом пообниматься! По дороге все остальные были строго допрошены на предмет: "Кто? Сколько? Где? Когда? Что?" и так далее. Как у неё язык еще не заболел? Предводитель этой компании, правда, пытался допросить нас, но после третьей попытки бросил это безнадежное дело. Да, значит, и Неорки бывают полезными!
— И часто у вас такие барашки тут целыми стаями бегают? — спросила я, когда Сэм, закончив все дела, подошёл ко мне.
— Нет, они обычно по одному охотятся, — ответил мальчик, помогая мне встать и поднимая корзинку с Заром. — Идём, наша телега последняя.
— А как же Айверин?
— Его перенесут, я ему место уже подготовил.
Когда мы почти дошли, Сэм немного ослабил страхующую меня руку, и я чуть не свалилась, в последний момент ухватившись за шею лошади.
— Прости, лошадка! — погладила я её гриву. — Я тут за тебя немного подержусь.