— Выход там, — махнула рукой девочка, — иди.
— Пойдём со мной, — предложила я, — я тебе помогу.
Она вздохнула и растеклась туманом. Где-то я такой уже видела, причем, совсем недавно, любезная память тут же подкинула мне картинку: стоянка, ночь, нападение хайтаррасса, Сэм с факелами в руках.
— Всё еще хочешь взять меня с собой? — уточнил из пелены насмешливый голос.
Глава 15. Доброе слово и хайту приятно
Хайты тоже люди! Долой дискриминацию по степени прозрачности и вкусовым предпочтениям!
— Ты не поверишь, но действительно хочу взять тебя с собой, — улыбнулась я.
— Странная ты, — закружился вокруг туман, не делая попытки приблизиться, — обычно все нас боятся. У меня такое чувство, что ты хайтов первый раз видишь.
— Второй, — усмехнулась я. — первый ночью был.
— О! Так это вы у Великого Учителя кусок оттяпали? — раздался ехидный вопрос-смешок.
— У Великого Учителя? — переспросила я.
— Ага, — кивнула хайта, снова принимая человеческий облик. — Он ночью сам на охоту выполз, а вернулся потрёпанный. Такой разнос моим "братикам и сестричкам" устроил, — рассмеялась девочка, — клочья летели. Теперь раны зализывают, в свои норы попрятались, пару дней точно не выползут. А сам в спячку залег. Если ты его не разбудишь, то выберешься без проблем.
— Подожди, Учитель — это та тварь, что на нас напала? Так?
— Точно, — подтвердила девчонка, затем, хихикнув, сжала пальцы одной руки в кулачок, накрыла его второй ладонью и, прочертив в воздухе вертикальную линию, воскликнула:
— Великий Учитель! Создатель хайтаррассов! Гроза нечисти!
— Гроза нечисти? — удивилась я. — А сам он не нечисть что ли?
— Это только глупые люди, — пафосно начала хайта, явно кого-то цитируя, — могут считать хайтаррассов нечистью. Мы — высшая раса! Мы очищаем этот мир от разных мерзопакостных сущностей, среди коих вампиры занимают наипервейшее место!
— А чего тогда людей едите?
— Так вампиры бегают быстро, — расхохоталась девчонка, — а ещё и сдачи сдать могут — они ведь почти все огненной магией владеют — вот и приходится, кого попроще ловить.
Она уселась на стол и, склонив голову набок, поинтересовалась:
— А зачем ты сюда вообще залезла? И что искала в лаборатории Ксантая?
— А Ксантай это кто? Хайтаррасс?
— Неа. Это Главный Враг. Учитель запретил даже упоминать о нём. Сюда никто из хайтов не ходит, поэтому я здесь и прячусь, когда "обед" начинается.
— И давно ты здесь прячешься, "обеды" прогуливаешь? — уточнила я.
— Месяц уже, — всхлипнула девочка. — Ты не представляешь, как мне яблоки надоели. А внутри кольца больше ничего съедобного и нет, — со вздохом закончила она.
— Так возьми пирог, — предложила я.
— Ты что дура? Я же сказала, мне нельзя мясную пищу, иначе я лита не смогу контролировать. Туман, — пояснила она, заметив моё недоумение.
— Это твоя вторая ипостась?
— Нет, скорее способность. Чем больше мяса сожрёшь, тем сильнее проявляется.
— Слушай, — придумала я. — А если его из пирожка вытащить? Поделимся по-братски: тебе пирог, мне мясо.
— А давай, — обрадовалась хайта, протягивая руку за своей частью и поспешно запихивая её в рот. — Вкусно-то как!
— Получается, если ты не будешь есть животную пищу, то и туманом не сможешь оборачиваться?
— Смогу, только недолго, — ответила девочка, — но зато и Голода нет.
— Тогда что мешает тебе уйти отсюда?
— С тобой что ли? — усмехнулась она.
— А хоть бы и со мной!
— И не боишься?
— Не боюсь, — я подошла ближе и взяла её за руку (обычная тёплая ладошка), — тем более ты сама ведь сказала, что контролируешь свой Голод.
— Так ты, правда, хочешь забрать меня отсюда? — удивлённо воскликнула девочка, уставившись на меня огромными зелёными глазами.
— Правда! — кивнула я. — Я уже давно тебе об этом толкую. Меня, кстати, Барбариской зовут.
— А я Виталерра, — шмыгнула носом девочка. — Я, пожалуй, пошла бы с тобой, ты мне нравишься, — еле слышно закончила она и, спрыгнув со стола, нерешительно шагнула ко мне, прижалась всем телом. — Только кольцо всё равно не пустит!
Если уж быть совсем честной, то я от её прикосновения испуганно вздрогнула (хищник всё-таки!), но ничего такого не произошло — ребёнок как ребёнок. Мысленно обругав себя, я обхватила руками худенькое дрожащее тельце, крепко обняла готовую разреветься малышку и, поглаживая её по голове, шептала разные ласковые слова, успокаивая и утешая.