— Вот, — влез Умник, — я же говорил, а она ещё вещи хотела собирать!
— Это к-кто? — дрожа, спросила я.
Ня-а-а-а-р-р-р-рф! — ответили мне снизу.
— Ага, приятно познакомиться, — истерически хихикнула я. — Только спускаться, чтобы пожать вашу лапку, я не буду, уж не обессудьте.
— Умник, что делать?
— Как что, — отозвался тот, — этого мелкого упыря… ладно-ладно вампира привязываешь к ветке, спускаешься, достаешь нож и мочишь этих монстров, мочишь, мочишь!
— Как смешно!
— А нечего глупые вопросы задавать! Что тебе остаётся? Сиди здесь, только местечко поудобнее найди, может долго сидеть придётся.
— А вдруг они вообще не уйдут?
Чуть выше того места, где я сидела, было вполне удобное местечко: узковато, но зато не свалишься. Устроившись там, я смогла немного расслабиться. Оглядела дерево: на дуб похоже, листики один в один, а вот желуди странные: бардово — красные узкие, длиной с палец. Не глядя, запустила одним желудем вниз, и тотчас послышалось недовольное "ня-а-а-а-р-р-р-рф".
— А ты прямь Робин Гуд! — восхитился Умник. — Вожаку точно промеж рогов запулила!
Я пригляделась внимательнее: ага, рожки — маленькие такие, совсем незаметные.
— Видимо, — захихикал мой товарищ, — жена не так часто изменяет, или кальция мало ест!
А давай теперь вон тому, мордатому, по рогам!
— Может не стоит их злить, как бы хуже не сделать, — вздохнула я.
— Чем хуже? — фыркнул он. — По деревьям они лазать не умеют.
— Если тебе, Умник, волю дать, ты их так сильно разозлишь, что они и летать научатся в срочном порядке. И вообще, мне здесь долго без воды не просидеть, — заявила я, с тоской глядя, как один из шакалов раздирает на части мою любимую бутылочку.
Вожак, ещё раз раздражённо рыкнув, заинтересовался альбомом: понюхал, осторожно тронул лапой, обошёл по кругу, царапнул, рванул обшивку, попробовал на зуб — та не поддалась (ни фига себе материальчик!). Злобно нарфкнул, уселся сверху и принялся яростно драть альбом задними лапами, точь-в-точь как моя кошка. Ещё какое-то время волко-шакал предпринимал попытки добраться до содержимого альбома.
— Ты смотри, как зверик Камасутрой заинтересовался! — тут же высказался Умник. — Вот мне интересно, он хочет что-то новое для себя узнать или своё дописать?
Не добившись успеха, шакал плюхнулся задом на альбом, обвил лапы хвостом и, задрав морду, завыл, видимо, решив усладить мои уши "чудесным пением", а остальные ему поднарфкивали.
Под конец концерта Зар заворочался и закряхтел.
— Зарчик, что ты хочешь? Кушать? — выпутывая его из парео, поинтересовалась я.
— Сдаётся мне, — фыркнул Умник, — что он не есть хочет, а вовсе даже наоборот. Вон смотри, тот тёмненький под нами болтается: давай наводи Зара на цель! Целься! Готовсь! По вражескому подразделению одиночными пли!
Шакал резво отскочил и несколько минут объяснял мне всю глубину моего нехорошего поступка. А стая удобно расположилась на безопасном от артобстрела расстоянии и, похоже, уходить не собиралась, справедливо полагая, что рано или поздно добыча созреет и с дерева свалится.
Не знаю, сколько мы так просидели, наблюдая друг за другом, но мне показалось, что целую вечность.
— Какую вечность, — усмехнулся Умник, — ещё и темнеть не начало!
Он собирался сказать что-то ещё, но шакалы внизу вдруг забеспокоились, прижав уши и тихонько рыча, затем стали метаться под дубом и поскуливать. Теперь и я услышала то, что их так напугало — шум работающего двигателя.
Стоп! Двигателя! Люди! Люди!
— Люди, сюда! — закричала я изо всех сил. — Сюда!
— Отсюда! — не менее громко заорал Умник. — Ты что не видишь, он падает! Отсюда!
По мере приближения летательного аппарата шум возрастал. Шакалы не выдержали и рванули в лес со всех лап.
Через несколько минут, ломая верхушки деревьев, совсем недалеко от моего убежища пронесся… НЛО (разумеется, неопознанный, ведь опознать-то я его не смогла!) и рухнул где-то в лесу. Хорошо, что я в последнюю секунду сообразила и, крепко прижимая Зара, поглубже залезла в гнездышко из веток, с силой вцепившись в них свободной рукой. Взрыва не было, но тряхнуло знатно.