- Почему?
- Потому что, ну, профессиональная дистанция? Ее точно не будет, если ты будешь продолжать в том же духе.
Я ухожу от него, прежде чем мы совершим что-то, о чём оба пожалеем.
Однако, как только сажусь в машину, я ещё больше жалею, что не сделал ничего. Не могу не задаваться вопросом, каков он на вкус.
Был бы он милым и нежным или грубым и властным... Меня бросает в дрожь от одной мысли об этом. От любого из этих сценариев. Мне следовало его поцеловать.
В идеале, поцелуй с языком и неприятным запахом изо рта, и тогда он бы меня так оттолкнул, что я бы удовлетворил свое любопытство.
Вместо этого я всю дорогу домой думаю о его очень пухлых губах и запахе пряного одеколона.
Я фантазирую о том, как сильно бы он меня целовал. Прижал бы меня к стене или уткнул бы лицом вниз.
Прекрати, Лирик.
Мне нужно забыть о Райдере Кеннеди.
Эти размытые границы не пойдут на пользу ни мне, ни ему.
И, кстати, о размытых границах: мой член, похоже, не получил сообщения о том, что Райдер неприкосновенен. Нет, он продолжает посылать сигналы в мозг. Четкие образы Райдера в постели прямо сейчас. Возможно, он смотрит в потолок и думает о том же, что и я.
Хотя это всего лишь фантазия, я не могу не желать, чтобы это было реальностью. И хотя знаю, что должен остановиться, я этого не делаю.
К тому моменту, как я заезжаю на подъездную дорожку к дому брата и заглушаю двигатель, у меня пиздец, как стоит, и я молю о разрядке.
Моя рука расстегивает джинсы и вытаскивает член.
Кажется неправильным, делать это в машине Райдера, но в то же время так возбуждает.
Образы Райдера, ворочающегося с боку на бок, не в силах уснуть, потому что его мысли заняты мной, моими песнями, моим голосом, постоянно заполняют голову.
Он представлял, каково это - поцеловать меня. Может, наклонить меня над своим пультом в студии.
Забавно, пока он меня трахает, я тянусь за чем-нибудь - за чем угодно - и случайно меняю все настройки. Потом, когда он снова пользовался студией, и один из его артистов звучал как бурундук, он вспоминал, как трахал меня, и отвлекался до конца сессии.
После этого находил меня и говорил Кейли продолжать смотреть телевизор или пойти поиграть одной, и, в отличие от реальной жизни, где мы знаем, что это ненадолго, она делала это без вопросов, пока Райдер затаскивал меня в ванную и опускался передо мной на колени.
Его рот медленно и дразняще двигался по моему твердому члену, потому что это мой мир фантазий, и нас не прервет крошечный человечек, и мы могли заниматься этим столько, сколько хотели.
Он бы хотел не торопиться, действовать медленно, но когда сосал бы мою горячую кожу, а мой член упирался бы ему в горло, я бы не смог удержаться и трахал бы его рот снова и снова, пока…
Мои глаза распахнулись, и, черт. Я так увлекся своей фантазией, что кончил прямо себе в руку.
Так профессионально, Лирик.
Серьезно.
Еще и о своем боссе.
Не то чтобы он когда-либо испытывал ко мне такие чувства. Мы больше похожи на команду, чем на босса и подчиненного. Мы мгновенно нашли общий язык в день, когда познакомились.
Вот почему я шутил про лучших друзей.
Впервые в моей взрослой жизни заводить друзей было так же легко, как затеять ссору, а потом вести себя хорошо.
Но по сути, все сводится к тому, что он мой работодатель. Я работаю на него. Неважно, насколько комфортно мне рядом с ним.
В подобных ситуациях редко что-то получается, и с юридической точки зрения это может обернуться для него кошмаром.
Когда Корд и Бренна начали встречаться, они работали в одной юридической фирме. Им пришлось сообщить в отдел кадров, что они встречаются, чтобы все было оформлено аккуратно, по закону, и они не подадут в суд на компанию, если что-то пойдет не так.
Мы с Райдером не можем этого сделать. Наш контракт касается только нас двоих.
Быть со мной - даже думать о том, чтобы быть со мной - означало бы для Райдера серьезные юридические проблемы, а этого я хочу для него меньше всего.
Когда возбуждение от оргазма проходит, оно сменяется чувством вины и стыда.
Потому что думать о Райдере в таком ключе неправильно. Дрочить в его машине определенно неправильно.
Возможно, мне придется сделать единственную вещь, которую могу, чтобы мы сохраняли дистанцию.
Я не должен был позволять Райдеру продюсировать мое демо, но есть много всего, что касается Райдера, чего я не должен делать.
Это меня еще не остановило.
Глава 13. Райдер
После долгой ночи беспокойного сна, и на этот раз не из-за Кейли, я убежден, что мы с Лириком все испортили, хотя ничего не произошло.
Я все утро боюсь того момента, когда он войдет в дверь. Я выпиваю три чашки кофе, пока жду, и когда он, наконец, появляется, вздрагиваю и прихожу в себя.
Затем он просто здоровается в своей ленивой манере калифорнийского мальчика с умопомрачительной улыбкой, собирает Кейли в игровую группу и снова уходит.
Первое взаимодействие было не таким уж плохим, но, зная, что я пообещал ему, что мы будем в студии сегодня вечером, все еще нервничаю, когда они возвращаются.
Я пялюсь в свой компьютер, но на самом деле не работаю. Целый день.
Я решаю остаться в студии и попытаться сделать, что хотел сегодня, за те несколько часов, что прошли между их возвращением домой и отходом Кейли ко сну, но все проходит примерно так же, как прошел весь мой день - я думаю, как, черт возьми, смогу удержаться от поцелуя, если продолжаю работать с ним.
И все же, когда он стучится в дверь моего кабинета, я так сильно этого хочу, что никак не могу его прогнать.
Я в восторге от возможности заниматься с ним музыкой, и, возможно, не испытывал ничего подобного с тех пор, как оказался по ту сторону стекла.