- Спасибо… тебе?
Лирик игнорирует меня и готов к следующей атаке.
- Эмм, я уже знаю, что слух о том, что Кейли - ребёнок из пробирки, не соответствует действительности. Так что, ооо, хэштег #РайлиНавсегда. Вы с Харли когда-нибудь встречались?
- Я почти не хочу отрицать, потому что фанаты, стоящие за этим слухом, потрясающие. Но это миф. Мы с Харли - лучшие друзья, и всё.
Я не упускаю из виду, что Лирик жаждет получить больше информации о Харли и слухах о его сексуальной ориентации, и хотя она довольно хорошо известна в голливудских кругах, я не вправе говорить больше.
- В твоём райдере реально есть жертвоприношение курицы перед выступлением?
- Нет, это у Денвера.
Он смотрит на меня.
- Шучу. Абсолютный миф. Райдер «Одиннадцать» был довольно сдержанным. Так и должно было быть, потому что наш лейбл не хотел, чтобы мы превратились в капризных див. Эти слухи распространяются как сумасшедшие и стоят концертов и выступлений.
- Уф. Чем больше я слышу о лейблах, тем больше задумываюсь, не стоит ли мне перейти на инди-сцену.
- Вполне закономерный разговор, если хочешь его вести.
Лирик откусывает ещё кусочек.
- Может, в другой раз. Это весело. Хм, что ещё было…
- Скажу сразу. Ни у кого из парней, кроме меня, нет детей - все эти заявления о внебрачных детях - фейк. Хм, а, да, в самом начале мы случайно забыли Блейка на стоянке где-то посреди Огайо. Так что, возможно, это правда.
Лирик чуть не подавился.
- Серьезно?
- Он такой тихий. Мы не знали, что он вышел из гастрольного автобуса, чтобы сходить в туалет.
Лирик смеётся.
- Насколько сильно он был зол?
- Совсем нет. Он трахнул какую-то фанатку, с которой познакомился, ожидая, пока мы вернемся.
Лирик запрокидывает голову.
- Потрясающе. Ладно, кто из вас тот самый мужчина-шлюха? Есть Харли, душераздирающе моногамный. Ты - отец-одиночка. Блейк, скромный блондин. Так что это либо Мейсон, либо Денвер.
- Денвер, - тут же говорю я. - Однозначно. Мейсон… наверное, он немного… немного замкнутый? Всегда был. Из всех нас он меньше всего верит в любовь. Даже во временную любовь в виде случайных связей. То есть, не то, чтобы он этим не занимался, но уж точно не так, как Денвер.
- Разве Мейсон не был помолвлен, когда ему было, девятнадцать, кажется?
- Да. Причина, по которой он не верит в любовь. Она хотела его из-за славы. С этим мы все когда-то сталкивались. – И тут до меня доходит. - Подожди. Откуда ты знал, что он был помолвлен в девятнадцать? Я, может, и могу закрыть глаза на то, что ты знал, что мы с Харли написали большинство песен «Одиннадцать», но помолвка Мейсона - довольно малоизвестный факт из жизни нашей группы. - Я ахаю. -Ты тайный фанат бойз-бэнда? О боже, это потря…
- Угомонись. Я помню, как моя сестра плакала из-за этого.
- О, черт. Однажды я заставлю тебя признаться, что ты любишь «Одиннадцать». Даже если мне придется включать наши песни наугад, пока они не приживутся, и ты не начнешь их петь. Следующий шаг - танцы, и тогда ты будешь полностью поглощен ими.
Лирик выпрямляется.
- Это самое подлое, что ты когда-либо говорил мне.
- А это самое подлое, что ты когда-либо говорил мне. Мы не так уж плохи, правда?
Лирик понижает голос и бормочет:
- Ты, может, и не совсем ужасен.
- Первый шаг пройден. - Улыбаюсь ему я, и он отвечает улыбкой, но его следующий вопрос сбивает меня с толку.
- Вы когда-нибудь занимались этим с Кэшем?
Я с трудом сглатываю.
- С Кэшем?
- Да, например, заказывали еду, смеялись и подшучивали друг над другом. - Он смотрит в свою тарелку.
- Мы с Кэшем никогда ничего не делали вне студии. У него эмоциональный диапазон, как у вибрирующего дилдо.
- Черт, я был так пьян, что меня вырвало прямо на него. Кто бы не хотел такого? - Он смеется, но в его смехе нет ни капли юмора. - Извини, забудь, что я это сказал.
Я медленно приближаюсь к нему, так что наши бедра соприкасаются, когда мы сидим, скрестив ноги.
- Лирик, я никогда ни с кем такого не делал. Ты должен понимать, что нам с Кэшем было просто удобно. Я ни с кем не встречался с тех пор, как родилась Кейли, а он был… рядом.
- Точно так же, как со мной здесь? Это, - он водит пальцем между нами, - удобно.
- Если бы всё было так просто, тебя бы сейчас здесь не было.
Я не пытаюсь быть грубым, но нужно, чтобы он знал, что мне тяжело, что я не отношусь к этому легкомысленно.
Моя рука скользит вверх по его бедру, но он отказывается смотреть на меня, поэтому я беру дело в свои руки.
Забравшись ему на колени, я усаживаюсь на бёдра. Он позволяет мне. Затем смотрит своими выразительными карими глазами, и мне хочется пообещать то, чего, наверное, не следовало бы.
- Я знаю, что не могу многого обещать, и знаю, что тебе это не совсем по душе.
- Я уже обжигался в прошлом из-за таких легкомысленных отношений.
- Это не легкомысленные отношения. По крайней мере, я не хочу, чтобы они таковыми были. Я просто не знаю, как это будет сочетаться с Кейли.
- Я понимаю, - говорит Лирик. - Думаю, понимаю. Не то чтобы я хотел, чтобы ты рассказал Кейли, или всем, или, черт возьми, даже Мэгги, но и не хочу, чтобы со мной обращались как с дешевой шлюхой.
- Я никогда не буду так с тобой обращаться. Я слишком дорожу тобой как другом, чтобы так поступать.
Замечаю, как он слегка морщится при слове «друг», но не знаю, как еще его назвать.
Вместо того чтобы пытаться сгладить это, я наклоняюсь, чтобы снова поцеловать его, и пытаюсь вложить в этот поцелуй все, что к нему чувствую.