- Ладно, эта метафора не работает. - Ворчит Райдер. - Я хочу, чтобы ты трахнул меня позже. Если тебе это нравится. Если нет, то тоже круто.
- О, я определенно хочу позже заняться твоей задницей.
- Приятно слышать. - Он заводит машину, и фары освещают темный переулок. - Итак, перерыв на еду?
Я тянусь через консоль и хватаю его за бедро.
- Мне не нужна еда.
Райдер заводит машину и мчится по улице.
- Мне тоже.
Жаль, что Калабасас не расположен ближе.
Глава 19. Райдер
Я не могу добраться домой достаточно быстро, но даже в поздний час пробки в Лос-Анджелесе вот-вот надерут мне задницу.
По дороге домой я участвую в гонке со своим разумом. Боюсь, что мозг либо догонит события сегодняшнего вечера и попытается заставить меня замедлиться и подумать обо всем с умом, либо примет эту безумную идею, что у нас с Лириком может быть что-то настоящее.
Трахнуться с ним за кулисами после его выступления я не планировал, но рад, что моя подготовленность сыграла на руку. Секс с ним был не просто потрясающим. Он был другим. Это было больше, чем физическое влечение. Больше, чем секс.
Это все еще ужасно пугает, но пока не думаю обо всех препятствиях, я более чем готов снова раствориться в нем.
И снова.
И снова, может, еще раз утром, до того, как Кейли вернется домой.
- Так тебе, правда, понравилось мое выступление? - спрашивает Лирик.
- Извини, а то, что я трахал тебя в гримерке, произвело другое впечатление?
- Может, ты делал это, чтобы не пришлось говорить мне, как все ужасно. Знаешь, как когда кто-то спрашивает: «Я выгляжу толстой в этом наряде?», а ты отвечаешь: «О, вау, твой макияж просто потрясающий». Что-то вроде такого.
Когда я искоса смотрю на него, он пожимает плечами.
- У меня есть сестра, и сейчас я живу с невесткой. Думаешь, они не спрашивают совета по моде у своего брата-гея?
Я смеюсь.
- Нет, это не тот случай. Это определенно из разряда «Ты выглядел там так сексуально, что я мог думать только о том, чтобы наброситься на тебя». Особенно когда ты пел эту песню. Я мог думать только о том, как мы дома в студии. Потом я подумал о потрясающих минетах и страстных поцелуях, и… блядь, у меня снова встал.
- Лучше езжай быстрее, - дразнит Лирик.
- Угум.
Учитывая, что я за рулём спортивной машины, всё равно кажется, что мы никуда не движемся.
- Зачем я решил поселиться так далеко?
- Не знаю, но это отсос.
- Ещё нет, пока еще нет.. - Я на долю секунды отрываюсь от дороги, чтобы увидеть, как глаза Лирика наполняются жаром.
К тому моменту, когда мы подъезжаем к моим воротам (а на их открытие уходит около шести лет), Лирик уже ласкает меня.
От бёдер до груди и обратно к моему стоячему члену, воюющему с молнией.
Каким-то образом, удаётся загнать машину в гараж, но я точно не смогу поставить её на место.
Да, у моих малышей есть свои места. Как свои маленькие спальни. В этом нет ничего странного.
Лирик наклоняется в тесном пространстве машины и целует меня в шею, а его рука проникает под куртку и скользит по моей груди.
Я откидываю голову на подголовник.
- Блядь, Лирик. Как ты можешь…
Он поднимает на меня взгляд.
- Как я могу что?
- Сводить меня с ума. - Я целую его в губы.
Кожаные сиденья скрипят, когда мы пытаемся приблизиться, но места здесь нет совершенно.
Почему я так люблю эту машину? Сейчас даже не могу вспомнить.
- Почему я не могу держаться подальше? - стону я.
- Ты хочешь держаться подальше?
- Нет. Просто должен.
- Ты не должен. И я тебе сейчас покажу, почему.
Лирик открывает дверь-бабочку[1] и выходит из машины.
Я пытаюсь выйти за ним, но, кажется, забываю одну маленькую деталь.
Ремень безопасности чуть не душит меня, когда я пытаюсь выбраться из машины, не отстегнув его.
Спокойнее, Райдер. Спокойнее, блядь.
Лирик смеется, когда мне удается освободиться и вылезти из машины.
- Торопишься?
- Так и есть. - Я хватаю его за руку и тащу к дому. - Почему до чертовой входной двери так далеко?
- Проблемы богатых. Гараж на десять машин слишком далеко от двери особняка.
- Именно. Моя жизнь тяжела.
- Не так тяжела, как это. - Лирик берет наши соединенные руки и поглаживает ими выпуклость в передней части своих штанов.
- Тонко.
- Мой член оскорблен, что ты считаешь его тонким.
Достав ключ, я пытаюсь открыть дверь, но Лирик прижимается к моей спине.
- Я полностью готов показать тебе, насколько это может быть тонко, - говорит он, прижимаясь к моей шее.
Моя задница не против.
- Блядь.
- Дай-ка я. - Лирик забирает ключи из моих дрожащих рук.
Я протягиваю руку назад и зарываюсь в его растрепанный пучок. Лирик, каким-то образом, открывает дверь, прижимаясь ко мне и целуя шею и плечо.
Мы, спотыкаясь, заходим внутрь, и я поворачиваюсь, чтобы поцеловать его, закрывая дверь ногой.
Он стонет мне в рот, и этот звук настолько восхитителен, что я не могу не вторить ему.
Как бы я ни спешил подняться наверх и лечь, не могу оторваться достаточно надолго, чтобы увидеть, куда мы идём. Поэтому, вслепую, мы пробираемся через прихожую моего невероятно большого дома.
Руки Лирика снимают с меня куртку, пока я тянусь к его поясу.