Когда он, наконец, проникает пальцем, я вспоминаю, каково это, когда член заполняет задницу. Я жажду боли и ощущения наполненности.
Я опускаюсь на его палец, легко принимая его, и умоляю добавить еще. Лирик смотрит на меня снизу вверх, прикрыв глаза, его длинные волосы обрамляют лицо.
Это отличается от того, как я трахал его в гримерке. Более интимно, и я могу разглядеть каждую эмоцию на его лице. От желания до сомнения.
Я хочу успокоить его. Он должен знать, что влияет и на меня тоже, и не только своими пальцами в заднице, но и сам, как на личность.
Наклонившись, я накрываю его рот своим, продолжая насаживаться на пальцы.
Свободной рукой он обхватывает мой затылок, как бы удерживая на месте, чтобы наши губы не отрывались друг от друга, а язык не дразнил.
Я так готов.
Я скатываюсь с него, его пальцы выскальзывают из задницы, и я уже скучаю по этому вторжению.
Задница сжимается, когда я жестом приглашаю его забраться на меня, но он только приподнимается на локте.
- Ты в порядке?
- Идеально. Но мне нужно, чтобы твой член был во мне.
Лирик устраивается у меня между ног, одновременно доставая презерватив.
Ничего не могу поделать, кроме как смотреть, как он раскатывает его по своему длинному и внушительному члену.
- Уверен, что готов?
Я укладываю его на себя и обхватываю ногами талию. Головка его члена оказывается на одной линии с моей дырочкой.
- Сделай это.
Он медленно входит в меня. Я благодарен, но в то же время нуждаюсь в этом. Я борюсь между желанием двигаться медленно и желанием большего.
Лирик нависает надо мной, его кожа пылает. Его волосы падают на лицо, и я протягиваю руку, чтобы заправить их ему за ухо. Он стискивает зубы, как будто пытается удержать контроль.
- Отпусти, - подбадриваю я. - Обещаю, со мной все в порядке.
Очевидно, это те слова, что ему нужно было услышать, потому что он толкается так глубоко, как только может.
Мы оба громко стонем и ругаемся, я провожу рукой по его спине, чувствуя напряженные мышцы.
Он двигает бедрами, но его движения медленные и томные. Я чувствую его всего, но этого все равно недостаточно.
Я хочу, чтобы он окутал меня и поглотил целиком.
- Поцелуй меня, - умоляю я.
Он прикасается к губам так же нежно, как к моему телу. Тепло наполняет мой желудок, а сердце бешено колотится.
Мы связаны так, как никогда не были связаны ни с кем другим. Не физически, а внутренне.
Такое ощущение, что любая мысль о том, что у нас ничего не получится, становится все более и более туманной с каждым толчком, который делает Лирик. Каждый раз, когда он толкается в меня, мы словно отдаем друг другу еще одну частичку себя.
Это невероятно сильно, и обычно меня бы это напугало, но когда отрываюсь от его губ и смотрю ему в глаза, внутри остается только чувство завершенности.
Целостности.
Это разжигает мою потребность и подпитывает мою похоть.
Смотря мне в глаза, Лирик ускоряет темп.
- Сильнее, - хриплю я.
Он делает, как я прошу.
Жар разливается по моему животу, и я никогда раньше не подозревал, что секс - это эмоциональный акт.
Для меня это в новинку, но пока Лирик меня захватывает - завладевает мной - всё, что я могу, это позволить этому происходить.
У него приоткрыт рот, и я понимаю - он близок.
Я пытаюсь просунуть руку между нами, чтобы подрочить и оказаться там, где он сейчас, но, словно почувствовав мою потребность, Лирик делает это за меня.
Его пальцы обхватывают мой член и усиленно двигаются.
- Я с тобой.
Искренность в его голосе и во всем этом жесте не имеет ничего общего с сексом, а связана исключительно с нами. Это тяжело, но я не чувствую, что не могу с этим справиться.
Он снова накрывает мой рот своим, и оргазм сотрясает все мое тело. Он продолжает двигаться во мне, продолжает владеть мной, и когда содрогается и замирает, я понимаю, что все кончено.
Я не хочу, чтобы это кончалось.
Я хочу держаться за нас так долго, как только смогу.
«Крылья бабочки» — двери, которые открываются одновременно вверх и вперёд. Петли расположены на А-образных стойках автомобиля, что создаёт движение, напоминающее хлопанье крыльев бабочки Название печенья. Представляет собой два слоя запечённого теста, между которыми находится сладкая начинка.
Глава 20. Лирик
Сегодняшний вечер был просто безумным.
После того, как рухнул на Райдера, чтобы отдышаться, мне удалось скатиться с него только тогда, когда он похлопал меня по плечу, чтобы я подвинулся.
От его растрепанных светло-каштановых волос, обычно торчащих вверх, до пухлых, ухоженных губ, он словно идеальный парень, о котором я раньше только мечтал.
И он рядом со мной. Голый.
Райдер перевернулся на бок, и я последовал за ним, так что мы оказались лицом друг к другу.
Мы оба вспотели, оба вымотались, но он все еще наклоняется и слегка кусает мою нижнюю губу, пока тянется за презервативом под простыней, чтобы оставить его рядом с кроватью.
- Ты чертовски дразнишь, - проворчал я.
- Я бы с удовольствием пошел на еще один заход, если бы мог, но, кажется, ты меня сломал. Мой член упорно хочет спать.
Я засмеялся.
- Мой тоже. - Раскрываю объятия, чтобы он подполз ко мне, но он странно на меня смотрит. - О. Ты не любишь обниматься? Это может стать для меня решающим фактором.