Неужели его отцом был Прагский Магорез? Это было настолько невероятно, что Реймонду показалось, будто он сходит с ума. Невероятно, но и правдиво, ведь по датам всё примерно сходилось. И мало того, эта версия объясняла, почему убийца интересовался у Агостона матерью Реймонда. Была ли у них любовь, которой помешал дед, из-за чего Магорез и стал тем, кем стал? Или он изнасиловал мать Реймонда, и та потом не пережила позора?
— А ещё говорят, что знание — сила, — продолжал бормотать он, ощущая сильнейшую головную боль.
Всю ночь Реймонд долбил в подвале неглубокую выемку, чтобы похоронить оставшийся от деда пепел, а затем перерывал его спальню, нашел массу разных писем и посланий, но практически ничего о маме, папе и Прагсе. То, что дед хранил эти записи в отдельном, потайном месте, указывало на важность информации, но её было мало, слишком, слишком мало!
— Тело убийцы было уничтожено, — сообщил Гиозо Алариш.
— Жаль, — искренне огорчился Реймонд.
Правда, чего он собирался добиться от огрызка трупа, Реймонд и сам не взялся бы ответить. Даже произойди невероятное чудо и освой он за ночь начала некромантии, ничего бы не вышло — тут не справился и магистр. Но после бессонной, лихорадочной ночи Реймонд плохо соображал, и двигали им больше эмоции, чем рассудок.
Он должен был узнать правду!
— Что-то случилось? — поинтересовался Гиозо.
Сказано это было вроде нейтрально, но Реймонда моментально протрезвило. Как и вчера с мастером Светлой — от Гиозо тоже исходила неявная, угрожающая, пассивная магия. Или что-то такое.
— Дедушке что-то там пришло в голову, но без тела вряд ли сработает, — почти честно ответил Реймонд и тут же сменил тему: — На других магов нападали?
— Пока что нет, — покачал головой Гиозо, — но, возможно, убийца сбежал.
«Киэра утром что-то говорила об облавах и страже в ночи», — припомнил Реймонд. Стоило бы, конечно, порадоваться: вряд ли он справился бы ещё с одним убийцей, но… напарник Магореза был возможной ниточкой к прошлому. Плохой, дрянной, ненадежной, но ниточкой. Пускай он не знал прошлого Магореза, но ведь мог указать на людей, знакомых с ним? Какие-то места в Прагсе, не в горах же Перпетолиса они познакомились?
— Или, возможно, он действовал один, — сказал Алариш, впиваясь в Реймонда взглядом. — Что-то ещё стало известно?
— Нет, дедушка молчит, — отбрехался Реймонд.
— Ему лучше?
— Да.
— Было бы неплохо побеседовать с ним, когда он выздоровеет. Следовало сделать это сразу после покушения, но безопасность короля была важнее, — пояснил Гиозо.
Реймонд мысленно утёр новую порцию холодного пота, кое-как распрощался и удалился.
Прошло несколько дней, проведённых в трудах и науке. Каждый день у Реймонда болела голова и руки, слабело тело, и только укрепляющие мази и пилюли мастера Светлы его спасали. Заставлять себя учиться было тяжело, но душу грела цель — богатства деда!
Второй убийца так и не появился, волнение в Нуандише постепенно стихло, всё вроде бы вернулось в привычную колею, пока одним прекрасным утром Реймонд не спустился к завтраку. В облике дедушки.
— Ну, здравствуй, Реймонд, — улыбнулась ему Киэра.
Реймонд запаниковал и тщательно проверил себя. Иллюзии были на месте. Киэра — маг?
— Ты двигаешься иначе и жесты у тебя, как у Реймонда, — пояснила Киэра.
Тон её стал суровым, брови нахмурились. Реймонд уже приготовился скинуть иллюзию и начать объяснять, когда с улицы донёсся шум. В башню влетел знакомый паренёк, и Реймонд подумал неуместно, что он, наверное, посыльный, закреплённый за дедом.
— Уважаемый магистр, вы на ногах, какое счастье! — возопил паренек. — Король Гарриш Второй прислал меня со срочным сообщением! Князь Аралас Макраниш из долины Понс у латийского моря прислал срочного гонца, с сообщением, что у них вылез грых-шатун! Король Гарриш просит вас, уважаемый магистр, немедленно выехать туда и разобраться!
Реймонд мысленно выругался, пытаясь сообразить, что делать.
Интерлюдия 2
Гиозо Алариш
Удар, отбив, парирование и резкий выпад. Противник зашипел от боли: укол пришёлся ему в запястье левой руки, но оказался недостаточно силён, чтобы заставить выпустить дагу. Просчёт. Болевой порог противника оказался выше, чем Гиозо предполагал.
Он сделал два шага назад и упёр остриё меча в пол, чтобы поберечь силы и не держать оружие на весу. Глаза неотрывно следили за движениями противника, подмечая малейшие детали.
Тот перенёс вес на правую ногу, стрельнул глазами, дёрнулся, обозначая рывок вправо, а затем прыгнул в противоположную сторону, норовя приблизиться к Гиозо слева. Его замысел был понятен: левая рука Гиозо пуста, а противник вооружён мечом и дагой — у него преимущество.