― Очень, очень любопытное решение, — пробормотала она. — Попахивает имеонской школой.
И на слове «попахивает» она ещё раз с силой втянула ноздрями воздух.
― Да, определенно имеонская школа, с оригинальными решениями авторства магистра Агостона, — вынесла она окончательный вердикт, всматриваясь куда-то за завесу. — Ох ты ж, пресвятые глубины! Это что, чаша Борнегоса, нейтрализующая любые яды? Кто бы мог подумать?
Покачав головой, донья выпрямилась и отстранилась от защиты.
― Так вы поможете мне? — нетерпеливо спросил Реймонд.
― Помочь вам в чем? — недоумевающе нахмурилась донья, затем поправила чёрную прядь, выбившуюся из-под платка.
― Снять эту защиту! — Реймонд чуть не топнул. — Да хотя бы достать чашу этого самого, как его…
― Борнегоса, — подсказала донья и тут же удивлённо спросила. — А мне-то она зачем? С её помощью перманет драконис не отыщешь!
Реймонд издал сдавленный стон. Он два раза объяснил Августине про подвал, сокровища и защиту, но та, кажется, вообще его не услышала. Возможно, не стоило затевать разговор в библиотеке, но что делать, если донья Августина, сразу после отправки письма, безвылазно засела в ней, перебирая книги деда?
― Простите, но это же башня вашего дедушки, — в ответ на стон донья повела точёной рукой, словно Реймонд должен был знать, о чём она говорит.
― Да и только поэтому я ещё жив! Но одной крови недостаточно!
― Конечно, это же имеонская школа, — мастер Веласкес посмотрела на него изумлённо, затем кивнула самой себе. — Точно, в университете Вагранта этого не преподают, Стефани писала мне об упрощении программы.
Реймонд понятия не имел, о чём она толкует, но готов был рвать на себе волосы. На мастера Веласкес он возлагал огромные надежды, все надежды, по правде говоря, а та ведёт себя так, словно собралась читать ему лекцию! Но, так как речь шла о сокровищах деда, он усилием воли смирил себя.
― Видите ли, Реймонд, — задумчиво-напевно произнесла донья, — Имеон был первым, куда приплыли люди после Исхода, и так как это не самый большой остров, а людей со Спасителем прибыло множество, все коренные обитатели были просто вырезаны. В этом смысле имеонская школа наиболее человеческая, с исходной, прародительской магией, не полагающейся на силу крови. Ведь вы помните события, предшествовавшие Исходу?
Реймонд кивнул. Кто же не знал истории Исхода и Спасителя?
― Поэтому и защита до сих пор работает, она была завязана на вашего дедушку и кровь лишь отчасти, надо полагать, эта часть отвечала за стандартный триплет Дорвина…
Реймонд озадаченно моргнул. Донья заметила его реакцию и устало вздохнула.
― Распознание-подчинение-допуск. Послушайте, Реймонд, вы же не ждёте, что я сделаю всю работу за вас?
Вообще-то, именно этого Реймонд и ждал, хотя и не говорил вслух.
― Если я буду делать вашу работу за вас, то кто сделает за меня мою?
― Я могу, — предложил Реймонд.
Донья усмехнулась, потом неожиданно громко рассмеялась.
― Извините, Реймонд, но доверять вам поиск информации в книгах… — тут она оборвала свой смех и смерила его пристальным взглядом. — Но у вас есть шанс проявить себя.
― Как это связано со снятием защиты?
― Предельно прямо, — кивнула донья. — Так как триплет управления, скорее всего, снят или не работает, остается только один выход: взлом.
― Взлом, — повторил тупо Реймонд.
― Взлом. Имеонская школа, опять же, в силу причин, связанных с Исходом, больше всех полагается на использование артефактов. Где-то внутри находится артефакт, создающий эту самую испепеляющую защиту. Так как триплет управления сейчас не действует, на стандартные команды или управляющее заклинание он не среагирует. Хотя, — донья задумалась, поправила очки, — возможно, что… Да, пожалуй. Хм. Точно.
― Что точно?
― Ваш дедушка жил в роскоши?
Реймонд неопределенно пожал плечами. По меркам Перпетолиса, всё было роскошно. По меркам той же Ойстрии или Вагранта, жизнь дедушки вполне укладывалась в мерки «без излишеств». При этом, раз уж дедушка не был местным, то он наверняка повидал роскошь того же Прагса. Эта мысль потянула за собой воспоминание о Магорезе, и Реймонд едва удержался от того, чтобы выругаться.
― Скорее, у него было всё необходимое для работы, — подумав, сформулировал Реймонд. — Но богатством он никогда не кичился, не выставлял напоказ и не гнался за ним.
Хотя оплачивали работу деда просто невероятно, по меркам Перпетолиса. Но тут же Реймонд опять вспомнил, как дед бесплатно прокладывал дороги, укреплял склоны и возводил дома.