Это должен быть он!
Однако мужчина сидел так, что Нил видел только его голые ноги, вытянутые на зеленой подушке шезлонга у бассейна.
Успокойся. Не ломись напропалую. Подожди, пока не убедишься, что это он.
Опасаясь случайно войти в мужчину, Нил свернул вправо и прошел сквозь стеклянную стену на приличном расстоянии от него. Затем пролетел над бассейном и обернулся.
В гостиной находился действительно Винс Конрад.
Нил узнал его по паре десятков фильмов. В начале своей карьеры Винс сыграл главные мужские роли в нескольких картинах, которые не пользовались успехом. У него была привлекательная внешность, позволявшая получать ведущие роли, но чего-то ему недоставало. Характера? Несмотря на его суровые черты лица и хорошо накачанные мышцы, в нем присутствовала какая-то жеманная слабость, которую невозможно было скрыть. Поскольку его неохотно брали на роли главных героев, он быстро закрепил за собой амплуа антагониста. В течение последнего десятилетия он играл в основном различных хитрых и подлых злодеев.
Сейчас он выглядел вполне в образе, развалившись в шезлонге у бассейна в солнцезащитных очках и облегающих белых плавках из спандекса. Его темная кожа блестела от крема для загара, рядом на подносе стоял коктейль, а в руке он держал радиотелефон.
Время уходит! Дерзай!
Нил ворвался в мужчину.
Ух ты! Что здесь делается?
Разомлевший на солнце, потный, захмелевший, в полурасслабленной и полуэрегированной кондиции.
«И чувствует себя великолепно. Слишком хорошо, — подумал Нил, — для парня, который вчера похоронил жену».
А с кем он говорит по телефону?
— Просто отдыхаю у бассейна, — объяснил Винс. — Пью холодный коктейль.
— В одиночестве?
— Один-одинёшенек. Оплакиваю потерю своей любимой супруги. Пытаюсь утопить свою печаль.
— Позор. Как тебе не стыдно?
Винс хоть и был навеселе, но понимал, что женщина слегка не в себе. У нее был протяжный голос с придыханием, как будто она пыталась подражать Мэрилин Монро.
«Только подмигни ей, и она начнет напрашиваться в гости, — подумал Винс. Но не сегодня, милочка».
— Жаль, что тебя здесь нет, Памела, — сказал он.
— Это можно устроить.
— Я был бы рад тебя видеть. Ты же знаешь. Но еще слишком рано. Что подумают копы, если такая милая штучка, как ты, прошмыгнет мимо них, с явным намерением позабавиться?
— Разве они следят за твоим домом? — в ее голосе прозвучал ужас.
— Кто знает? Может быть. В таких вещах никогда нельзя быть уверенным. Если уж на то пошло, они могут подслушивать наш разговор прямо сейчас.
— Ты действительно так думаешь?
— Запросто. Копы — хитрые ребята. — Винс ухмыльнулся, забавляясь.
— Лучше бы им этого не делать! — огрызнулась Памела. — Алло? Полисмены? Если вы нас подслушиваете, вам должно быть стыдно — таким способом преследовать невинного человека. Вы прекрасно знаете, что он все время был на Гавайях. Он не мог убить Элизу. Вы когда-нибудь слышали о «железном» алиби? У Винса именно такое. Железное. Так что вам нечего ему досаждать. Сейчас же повесьте трубку и идите нахуй!
Винс усмехнулся.
«Что за чокнутая дура, — подумал он. — И почему я ее терплю?»
Винс ответил на свой вопрос мысленным образом обнаженной смуглой брюнетки, вылезающей из его бассейна и идущей к нему. У нее была короткая мальчишеская стрижка и ровный загар по всему телу.
Она показалась Нилу знакомой. «Актриса? — задумался он. — Модель?» Он подумал, что, возможно, недавно видел ее в шоу Леттермана.
— Как тебе мое выступление? — спросила Памела.
— Ты озадачила их своими строгими этическими принципами, — сказал ей Винс. «И тебе было весьма непросто их сформулировать. Боже, как можно быть одновременно такой красивой и такой глупой?»
— Почему их вообще должно волновать, если я приду? — спросила она.
— Это будет скверно выглядеть, моя сладкая. Вот и все.
— Мне все равно. Я скучаю по тебе, Винсент. Я так скучаю по тебе, что едва могу это вынести.
— Я тоже скучаю по тебе. Каждое мгновение. Но никому из нас не пойдет на пользу, если тебя увидят…
— Меня это не волнует. Я хочу быть с тобой. Мне все равно, если…
— Возможно, через несколько дней…
— Я этого не вынесу! Ты ведь не убивал ее. Это несправедливо, что они не позволяют тебе жить полноценной жизнью.
— Мы просто должны держать свои страсти в узде…
Звук дверного звонка заглушил голос Винса. Он почувствовал беспокойство.