Сью извивалась и охала под ней, запуская пальцы в ее волосы.
Марта отползла назад еще немного.
Ее язык совершил плавное движение вокруг пупка Сью.
Поцелуи опускались все ниже и ниже…
Спустя какое-то продолжительное время, все еще лежа ничком на кровати, Сью с трудом выдохнула:
— Ну охренеть не встать!
Марта, сидевшая верхом на ее бедрах, пыталась отдышаться. Ее волосы превратились в спутанные промокшие космы, кожа покраснела и влажно блестела. Капельки пота падали с кончика ее носа, с подбородка, с обоих сосков. Они плюхались прямо на Сью, которая сама чувствовала, как промокла простыня под ее ягодицами.
Хотя Марта выглядела словно после интенсивной пробежки на пару-тройку миль, она улыбнулась, глядя на Сью сверху, и сказала:
— Мне хотелось… сделать это… уже очень давно.
— Ну…. уффф! — широко ухмыльнувшись, Сью протянулась за подушкой. С ее помощью она утерла пот с лица, — Тебе вытереться надо?
Марта помотала головой.
— Тебе чего, нравится на меня капать?
— Вполне.
Засмеявшись, Сью швырнула подушку в сторону. Но ее смех быстро угас.
— Надо думать, Нила ты во мне не нашла.
— Боюсь, что нет.
— Ну… Я как бы и не думала особо, что найдешь. Но как ты сама сказала, это вообще не значит, что его во мне нету. Или в тебе. Он ведь должен быть в ком-то из нас, как думаешь?
— Не сомневаюсь, что так и есть, — сказала Марта.
— Ну, что ж.
— Ну, что ж, — эхом повторила Марта и странно улыбнулась.
— Короче, как тебе там понравилось, во мне?
— Неплохо.
— Неплохо? Да пошла ты!
Марта засмеялась. Потом ее лицо стало серьезным. Склонившись вперед, она положила ладони на плечи Сью.
— Хочешь знать правду?
— Да ну, зачем, просто наври мне.
— Правда в том, что меня вообще в тебе не было.
— Чего?! Ты притворялась что ли? Но я же видела, как ты целовала браслет!
— Ты видела, как Марта целовала браслет.
Сью нахмурилась.
— Погодь, ты о чем вообще?
— Я не Марта. Марта все еще в тебе. Я Нил.
— Ты рехнулась.
Широкая дурацкая ухмылка изогнула лицо Марты.
— Привет тебе там, Марта.
5
— Ты Нил?
— Так точно.
— Да ладно, хорош.
Марта ухмыльнулась ей сверху и сказала:
— Единственный и неповторимый.
Сью ошарашенно уставилась на нее.
— Слышь, если ты ща меня так подкалываешь, Марта…
— Марта сейчас в тебе. А я в ее теле. Я был внутри Марты все это время — с самого момента стрельбы.
— Так ты браслет поцеловал что ли?
— Прямо перед тем, как умер.
— Господи, — пробормотала Сью.
— Я был вместе с вами везде. Это было… что-то абсолютно безумное. Марта? — сказал он, словно обращаясь к Сью, — Надеюсь, ты не против, что мне приходится в тебе гостить. Ты отличный хозяин… хозяйка.
— Это правда ты? — спросила Сью, впившись пальцами в бедра Марты.
— Это правда я.
— Так… ты живой!
— Ну, в каком-то смысле. Мое тело уж точно ни фига не живое. Но это, новое — определенно симпатичнее, — снова ухмыльнувшись, он взялся за бюст Марты ее руками. Немного приподнял груди, поглядел пристальнее. Потом мягко сжал их. — Вот эта часть особенно.
— Да иди ты! — фыркнула Сью.
— Тебя я тоже люблю. Всю тебя люблю. И ее тоже. Вас обеих. До сих пор не могу поверить. И сейчас… — он помотал головой Марты, — Я был счастлив просто тому, что жив, понимаешь? Что пережил это нападение. И думал, как же это здорово — что я оказался в тебе, Марта. Я и сейчас так думаю. И я здесь, с моим ребенком… с нашим с тобой ребенком. Это все — словно какое-то невероятное чудо. Одно только было чертовски плохо — то, что я застрял там без всякой возможности с кем-либо связаться. Вам здесь было так тоскливо. Я просто не мог этого выносить. Чувствовал, что должен найти способ достучаться и сказать, что я здесь. Но не мог. Просто не мог, как ни пытался. — слезы внезапно навернулись на глаза Марты, — Ничего не работало. Ничего. Я молился, чтобы нашелся какой-то вариант. Но понял, что это бесполезно. Решил, что я застрял здесь до конца моей жизни — конца твоей жизни, Марта — и меня бы это даже вполне устроило, если бы только я мог хоть один раз как-то сказать о себе. И тут ты поцеловала браслет.