— Это хорошо, — сказал Нил. Он кинул один чипс себе в рот. Хрустящий и соленый, приятный на вкус. Он съел еще пару.
Марта поставила блендер на кухонный стол и включила в розетку. Затем достала пару бокалов.
— Последнее, что я слышала, — сказала она, — Подозреваемых пока вообще нет. Они в сущности мало что сказали, — пройдя через кухню, она открыла другой шкаф и достала оттуда бутылки с текилой и ликером трипл-сек, — Только что жертву звали Элиза Уотерс, и что она была чемпионкой по прыжкам в воду. Выиграла серебро на какой-то олимпиаде.
Нил удивился. Элиза говорила о своем спортивном прошлом, но он и не подозревал, что все настолько круто. Хотя обычно смотрел олимпийские игры по телевизору.
Неужели, он когда-то раньше видел Элизу — смотрел, как она прыгает с вышки в воду, любовался ее красотой и силой, может быть, даже с некоторым вожделением разглядывал ее тело в открытом купальнике на крупных планах, радовался, когда она поднималась на пьедестал, получая серебряную медаль?
Вполне возможно.
Но если и так, он не мог ничего такого вспомнить.
— В каком году? — спросил он.
Марта пожала плечами.
— Меня не спрашивай. Они там говорили, вроде бы, но я не помню, — она понесла бутылки к столу.
— Что еще в новостях говорили?
— Ну, что она замужем за каким-то парнем, который был за границей, когда это случилось. И что все было очень жестоко — ну, как ее убили. Ее там, в общем…
— Который был за границей — это ее бывший муж? — перебил Нил.
— Они не говорили, что бывший.
Марта поставила бутылки на стол.
— Она мне говорила, что развелась с ним. Как его звали? Винс?
— Вроде бы. Винс и что-то там дальше, не помню. Кажется, актер какой-то, но я не уловила его фамилию. Но вроде не Уотерс.
— Но они не в разводе? — спросил Нил.
— В новостях, по крайней мере, так не говорили. Но ты сам знаешь, как там могут все перепутать, — она достала мерную чашку, — А Элиза, значит, говорила тебе, что они с тем парнем развелись?
— Ну да, причем очень уверенно.
«Вот тебе и рассказы про завещание» — подумал он.
Не то чтобы он чего-то реально ждал… Но забавно, что она сделала такое грандиозное предложение, прекрасно зная, что у нее еще был муж, прямой наследник.
— Может, развод еще не вступил в силу, — предположила Марта, — Там же шесть месяцев должно пройти, да?
— Да, кажется.
Она прошла мимо Нила, открыла морозилку и достала пакетик с кубиками льда.
— Ну, может, этот период еще не истек на данный момент. Знаешь, некоторые люди считают себя разведенными, хотя по закону еще несколько месяцев официально состоят в браке.
— Возможно.
Марта кинула десяток кубиков льда в блендер.
— Дай мне, — сказал Нил.
Она передала пакет, и он пошел к холодильнику.
— Возьми там пару лаймов, раз уж пошел? — попросила она.
— Да, конечно, — он открыл холодильник, нашел целлофановый пакет с лаймами и достал две штуки.
— Короче, — продолжила Марта, — Не похоже, что ее замочил супруг. Сейчас вспомнила, не за границей он был, но все равно далеко — на Гавайях. И был там где-то неделю. Гонолулу, как они говорили, кажется.
— Да я и так знаю, что это не он. Однако, хотелось бы знать — кто ее убил?
— Не знают. Или знают, но не говорят.
Нил поглядел, как она наполняет мерную чашку текилой и выливает ее в блендер. Потом вторую. Он сказал:
— Ублюдок ранен. Я в него несколько пуль всадил. Неужели так трудно его найти?
— Не знаю. — Марта вылила вторую чашку текилы, затем третью. Потом взяла бутылку с ликером.
— Не говоря уж о том, — продолжил Нил, — Что я расстрелял его машину.
— Фургон был угнанный. Это я точно помню, что говорили.
— Так значит, его нашли?
— На стоянке возле дома. Так это ты его расстрелял?
— Кто ж еще.
Марта поглядела на него через плечо.
— Убил ни в чем не повинный автомобиль.
— Я не хотел, чтобы подонок на нем смылся.
Она добавила чашку трипл-сека к текиле и льду.
— От дома чуть дальше по улице угнали другую машину в ту же ночь. В новостях сказали, что на ней он скорее всего скрылся.
— Наверняка гадают, кто вывел из строя его фургон. Ну понятное дело, в нем пуль шесть, кажется.
Марта достала нож. Разрезая лаймы на половинки, она покачала головой и сказала:
— Про пули ничего не было. Я не слышала, по крайней мере, хотя прослушала все новости в четыре часа дня.
Нил предположил, что полиция, вероятно, решила не разглашать эти данные — о расстрелянном фургоне. Следствие часто скрывало детали от прессы — или пыталось, если могло. Чтобы были сведения, известные только им и подозреваемым.