— Какой-то ты нервный сегодня. — Наверное, устал и голоден. — Пойдем, поедим и спать. Я все это сказал безразличным, расслабленным голосом, а потом повернулся и пошел к месту моего сна. Большой молчал. Я шел к костру, помахивая мечом. Кстати очень странным мечем. Если найти еще и молот. Я остановился, повернул голову в сторону Большого. Он так и стоял на месте, что-то обдумывая, судя по его лицу.
— Купец, не тупи!! — Извини, если, что не так!! — Я простой горец и не умею говорить витиватыми фразами!! — Большой, ну извини ты засранца!! Пошли есть, а то у меня аппетит без тебя пропадет. Большой нехотя отлепился от телеги и подошел ко мне.
— Ладно, пойдем есть. Он улыбнулся и сказал. По дороге расскажешь мне кого или, что я там затупить должен был. Когда мы подошли к костру, смеяться мы уже не могли, только хрюкали. Я рассказал, в каком понятии мы используем фразу «тупить». Трофеи нас увели от реальности. Возле костра мы застали только Злого, остальные были или в дозоре или спали.
— Пожрать осталось? Злой посмотрел на меня с нескрываемым раздражением. И чего, он на меня взъелся.
— Котелок возле костра сам посмотри. Ходят тут всякие, думать мешают.
— Не ворчи! Встал и наложил, как полагается кашевару. Пролаял Большой.
Злой нехотя исполнил, потом опять сел на место и уставился на костер.
— Слушай че он на меня взъелся? Я шепотом сказал Большому.
— Не обращай внимания, просто не любит чужаков. Для того, чтобы он стал к тебе хорошо относится, мало убить пару Наг.
— Ничего себе, а что я должен сделать, луну с неба достать?
— Да забей ты, этого старпера хрен кто поймет. Вальяжно сказал Большой.
Ничего себе обучаемость, этак мы в город приедем и он будет слэнгом земным изъясняться. Я пристальней посмотрел на Злого, потом перевел взгляд на Большого. Ни очень они отличаются по возрасту. Есть, конечно, различия, но больше не значительные, указывающие на характер человека, а не на возраст. Волосы короткие, глаза суженные, широкие плечи. Габариты конечно отличаются, но в остальном, что указывает на возраст все одинаковое. Мускулистые руки. Морщинки возле рта, как у людей, которые часто его кривят в недовольной гримасе. Морщинки возле глаз, как у людей, которые часто щурятся или улыбаются. Глаза и у Большого и у Злого светлые, молодые.
— Слушай, а, сколько ему лет? С виду не много.
— Да, сохранился он хорошо. Жизнь наемника обязывает держать себя в форме. А лет ему уже, как Потерянному лесу.
— Сколько? Я затаил дыхание. Сделал вид, что мне совсем и не интересен ответ. Так, спросил и ем дальше. Лучше бы ни ел.
— Так эта, четыреста вроде. Я точно не помню.
Я поперхнулся кашей. Закашлялся и выпучил глаза. Большой от всей души приложился к моей спине. Так, что у меня и каша вылетела и кажется хребет треснул. Зато помогло прийти в себя. Я решил, что надо научиться сдерживать свое удивление, а то буду, похож на крестьянина, который приехал в Москву и ходит мух ловит открытым ртом. С одной стороны хорошо для поддержания статуса недалекого горца, но с другой я же горец, а не идиот, который впадает в стопор, когда услышит или увидит что-то новое.
— Ты не спеши, сейчас еще не поздно, успеешь выспаться. В лесу темнее быстрее просто. Не правильно истолковал мое поведение Большой.
— Знаешь, пойду, я на боковую.
— Куда?
— Спать, говорю, пойду, не совсем еще восстановился после боя.
— Ну, если так и то верно, а то нам еще три дня ехать всякое может случиться, надо быть в форме.
Я подложил сумку под голову и укрылся плащом. Если Злому четыреста. Сколько же тогда Большому. С виду они ровесники. Что-то здесь все долгожители какие-то. С мыслями о долгой жизни я и провалился в сон.
Проснулся я опять от пинка по ребрам. Отмахнулся первым, что попалось под руку и опять закрыл глаза, устраиваясь поудобней и подложив под щеку то чем отмахивался от надоедливого пинка под ребра.
— Драко. Вставай. Вставай!!! Я подскочил, как ужаленный. С очумевшими глазами, начал крутить головой. Ну, неадекватный я с утра, ни могу с этим ничего поделать. Да еще когда спишь на земле, это не способствует утреннему настроению.
— Спокойней!! Это я!!
— Кто я!!
— Охренеть!! Я это, Большой.
Оказывается, глаза то я открыл, а проснуться забыл, да еще и железяка в руках, оказалась. Я остановился, протер глаза. Уставился, на взлохмаченного Большого и так спокойно ему сказал.