Еще недавно, до круиза, мысль о том, что у него будет еще один ребенок от Нади его бы обрадовала. Но не теперь, когда он расстался с Надей и полюбил Дейну. Не теперь, когда он твердо решил вернуться туда, к своей любимой.
– Да ты то тут причем! – удивленно и раздраженно отмахнулась женщина, – ребенок-то не от тебя конечно, а от Фийолва. А ты надумал невесть что.
– Знаешь Надя, я ведь твердо решил вернуться в тот мир. И тебе тоже надо возвращаться. Теперь тебя там ждет не просто твой любимый, но и отец твоего ребенка.
– Да? И как? На шестом месяце беременности носиться по волнам в открытом море? Или пропустить одно затмение и нестись с грудным младенцем? Нет, Сергей… мне суждено тут остаться пока сын не вырастет… да и наши дети. Они еще не совершеннолетние. О них-то ты подумал? Я хотела тебе предложить остаться пока дети не вырастут, а потом покинуть этот мир вместе. Но теперь… возвращайся туда. Один. Без меня. Передай весточку от меня… Пусть Фийолав помнит меня, – Надя утерла набежавшие слезы, – нет не говори ничего, не надо ложного благородства и лишних жертв. Я справлюсь сама. Детям скажу, что ты погиб…
Сергею стало стыдно. Он и впрямь ведь предложил своей бывшей жене покинуть их детей, пусть уже и не маленьких. Но он ничего не мог с собой поделать. Жизнь без Дейны не имела для него теперь смысла. Однако оказалось, что Надя еще не закончила:
– И ещё одно, Сережа. Я давно не люблю тебя. Ты меня тоже уже не любишь. Однако мы застряли здесь. Ты – на месяцы. Я – не годы. Нам холодно и одиноко… мы страдаем без любви. Однако духом мы уже Энкантадо. А помнишь заповедь Энкантадо? «Никто не должен страдать без любви. Никто не должен быть одинок». Сексом любовь не заменишь. Но можно немного согреться. Я уверена, Дейна не будет против, она бы поняла… в конце концов я чувствую мне это нужно. Да, я уверена, «пузожителю» не повредит. Я прошу тебя…
… одежда с тихим шелестом упала на пол.
По окончанию третей недели Сергей и Надя ждали в гостях Женю с Борисом, но появился только Женя. Борис и не пришел, и не позвонил. Сам на звонки он тоже не отвечал.
Новости, которыми обменялись друзья меж собой потрясли их. Женя удивился беременности Нади. А она вместе с мужем (здесь, на Земле она все еще называла его так) в свою очередь, поразились произошедшему со Светой. Но главное на их встрече было все же не это, а подведенный итог: Сергей и Женя возвращаются. Надя – остается.
Гость, заметивший хмурый и неодобрительный взгляд хозяйки, только развел руками:
– Да, я понимаю, что поступаю плохо, но я ничего не могу с собой поделать, Надь… В оправдание я скажу, что оставляю Свету не «голой». В свое время она сама меня бросила. Сейчас я оставляю ей все свое имущество и из роддома встречу… Да, я понимаю, я все равно виноват. Я чувствую, что меня разрывает на куски, что я меж двух огней, но я не могу без своей Аурелики. Я не чувствую себя живым без нее. Я без нее погибну.
– Меж двух огней… ты очень ярко описал, что я ощущаю Жень, – сказал Сергей, – но я тоже не могу без своей Дейны.
– Эх мужчины, мужчины! – Горько, но без злобы произнесла хозяйка дома. Все с вами ясно. Как всегда, одним местом думаете. Да еще и разболтались, и забыли о важном. Борис-то не пришел и не отзвонился! Что делать будете, «рабы любви» вы несчастные?
Впрочем, решение было принято быстро. Адрес был известен и решено было всем троим отправится к четвертому товарищу.
… Квартира Бориса встретила друзей полуоткрытой дверью. Войдя в нее они изумились. Повсюду было грязно. Кругом валялись бутылки и пакеты из под сока, молока, кефира. Это точно квартира Бориса, который вообще не пьет, а не какого-то бомжа?!
– Какая мерзость, – пробормотала брезгливо Надя, двигаясь в сторону раздающегося храпа по коридору. Ее спутники вполне согласились с такой оценкой. Так напиваться – это значит совершенно не ценить человеческое достоинство. Ни один уважающий себя человек так никогда не поступит!
По середине большой и светлой комнаты с богатой обстановкой стояло широкое кресло, в котором спал небритый не пришедший на встречу товарищ. Женя, посмотрел на это, поморщился и отправился в сторону ванны. Вскоре оттуда раздался шум воды, а затем он появился с большим тазиком в руках, который без колебаний выплеснул на Бориса. Рёву, который тот издал, мог позавидовать тигр!