Урядник допил чай из блюдца и стакан поставил на него вверх дном.
Вагап было осекся, но налитый бабкой шестой стакан взял и торопливо выпил, стараясь не глядеть на урядника.
Урядник ёрзал на садовой скамейке, не находил слов. Разговор не вязался. Иван Петрович спросил:
— Что, господин Козельский, большую семью имеете, дети есть?
Урядник недовольно ответил:
— Ну ее, семью эту, — горе одно… Ну, кончай чаевничать! — прикрикнул он резко на Вагапа, вышел из-за стола и пошел по саду.
— Там, господин Козельский, выхода на улицу нет — надо через двор, — сказал Иван Петрович.
Урядник круто повернулся, холодно пожал руку Каурову и направился через двор к лошадям, стоявшим за воротами. Вагап бежал сзади, на ходу запахивая черкеску, застегивая пояс. Нагайку он взял в зубы и тащил ее, как собака поноску.
За воротами Иван Петрович спросил у урядника:
— Завтра, господин Козельский, пожалуете к нам утречком насчет швейной машины?
Урядник опомнился:
— Да-да, буду обязательно!
Он неуклюже взгромоздился на коня, зло огрел его нагайкой и быстро поскакал. Вагап, отчаянный наездник, лихо полетел следом.
Иван Петрович горько рассмеялся и пробормотал про себя: «Вот они, представители власти, глаза и уши самодержавной России! Вот на каких держится трон!»
Иван Петрович вошел в дом, позвал Леонида, рассказал ему подробно о посещении урядника.
— Так вот что, Леня, — сказал он: — чтобы узнать, правда ли, что жена урядника имеет желание приобрести швейную машину и осведомлена ли она о приезде к нам коммивояжеров, сходи-ка в дом урядника. Если застанешь его дома, скажи, что тебя папа прислал узнать, какую им оставить швейную машину — ручную или ножную. Постарайся говорить это в присутствии его жены и наблюдай, какое произведет на нее впечатление твое сообщение. А если урядника нет дома, то постарайся увидеться с его женой. Скажи ей, что у нас был господин Козельский, посланный ею за швейной машиной. Кстати, посмотри, может быть у них машина есть. Да будь осторожен.
Получилось так, как и предполагал Иван Петрович.
Когда пришел Леонид, урядника дома не было. Леонид рассказал его жене коротенько историю с покупкой машины.
— На что мне вторая, — вскричала она, — когда я не так давно купила! Это он, прокислый селедочник, комедии по дворам ломает, чаи вынюхивает. Вот приедет, я ему задам машину, он у меня долго помнить будет!
Леонид смеялся и показывал в лицах, как расходилась урядничиха.
Утром приехали коммивояжеры. На двух подводах привезли ящики, в которых были упакованы швейные машины. Ящики раскупоривали Кудряшов, Кругляшов, Иван Петрович, Леонид и даже Володька, пришедший после тренировки лошадей.
Две машины были выданы по договору старшине Маркину в тот же день. Вечером, когда дома оставались только Кауров с гостями, два ящика больших и три маленьких были нераскупоренными запрятаны в подземелье. В них было то, для чего и приезжали гости к Каурову.
Тайна подземелья
Рано утром, еще затемно, бабушка подняла Володьку — нужно было торопиться на работу. Наскоро умывшись, мальчик также наспех проглотил приготовленную бабушкой похлебку и выскочил во двор.
Тихое, теплое утро обещало погожий день. Мальчик огляделся вокруг, и ему вдруг так не захотелось уходить из дому… Побегать бы с соседскими ребятами… Да делать нечего, нужно отправляться. Где-то за домом забавно запищала какая-то пичуга. Володька решил подобраться тихонько к дереву и посмотреть, что за птичка. Он обошел дом и вдруг услышал какой-то шопот. Володя остановился и увидел приезжих гостей. Они стояли за домом в тени и о чем-то тихо говорили между собой. Мальчик хотел поздороваться, но неожиданно услышал такое, от чего он не только не захотел выдавать себя, но притаился, чтобы услышать разговор до конца.
— Володька еще мал слишком. Я не считаю возможным… — говорил Кудряшов.
— Мал-то мал, — отвечал Кругляшов, — но ведь ничего опасного в этом нет, а мальчишка смог бы очень помочь. Иван Петрович говорил, что он мальчик смышленый.
— Это все так, да я думаю, что отец сам не захочет, чтобы мы его младшего посвятили. Во-первых, может проговориться; во-вторых, работает у Унгвицкого и редко бывает дома. Тот живоглот прикидывается добреньким, за руку с чабанами здоровается и выжимает из них все соки. Ну ладно, об этом еще поговорим, а теперь давай еще раз спустимся, времени маловато — вечером нужно отвезти…
Володька забыл все на свете, даже своих лошадей. О чем это они говорили, какая опасность ему угрожает, куда они хотят спускаться и зачем, что нужно отвезти? Все это было так неожиданно, так странно и страшно… Сам не понимая почему, Володька решил посмотреть, куда пойдут Кудряшов и Кругляшов. Он был, как всегда, босиком, и ему нетрудно было тихо пройти за ними. К счастью, они обошли дом с противоположной от Володькиной засады стороны, и ему было все видно. Но когда гости вошли в дом, Володька не рискнул пойти следом. Все стало еще непонятней: куда же они хотели спуститься? Не в подполье же! Что им там делать?