Таков был новый знакомый Володьки — монастырский воспитанник Григорий Григорьевич Ткаченко, скоро ставший его другом.
Несчастный случай укрепил их дружбу.
Хвост Собика
В соседнем дворе, где жил товарищ Володьки, Алеша, была дворовая собака Полкан — куцая, без хвоста, злая. На всех лаяла, никому проходу не давала. Полкана знала вся улица, а слава о ее сторожевых качествах шла по всей станице. Особенно боялись Полкана ребята, и Алеша постоянно хвастал: «Наш Полкан лучше всех собак!»
Однажды Алеша предложил Володьке:
— Вашему Собику нужно хвост отрубить, тогда он будет лаять, как наш Полкан. Не веришь? У кого угодно спроси: когда собаки куцые, без хвоста, они злые бывают.
Засела эта мысль в Володькину голову. Уж очень хотелось, чтобы Собик был злой и лаял, а то собака не собака, кошка не кошка — непонятно, что за зверь. Но Володька боялся, что когда будут отрубать хвост, Собику больно будет.
Алеша все уговаривал:
— Ничего не больно. Отрубим хвост на чурбаке, потом засыплем золой отрубленное место — все и заживет, а Собик начнет лаять.
Алеша так увлекся этой мыслью, что не отставал от колеблющегося Володи:
— Ты подержишь Собика, а я отрублю хвост топором. Одна минута, он и не заметит. А отрубленный хвост на притолоку в сарае спрячем — домовой не будет ходить, коням гривы заплетать: собачьего хвоста он страшно не любит, боится.
Прогнать собачьим хвостом домового было очень заманчиво, и это окончательно склонило Володьку. Мальчики позвали собаку, которая лежала, как всегда, растянувшись посреди двора, ни о чем не догадываясь. Собик подошел и последний раз добродушно повилял хвостом. Алеша взял топор, спрятал его за спиной и скомандовал Володьке:
— Садись верхом на спину и подводи его задом к чурбаку.
Команда выполнена, хвост на чурбаке. В руках Алеши блеснул топор, раздался хруст. Собик с места рванулся из-под седока, пулей понесся сначала под сенцы, потом круто повернул и выскочил через подворотню на улицу. Впервые в жизни собака залаяла; она перебежала через дорогу и скрылась в бахчах.
Два дня Собика нигде не было видно. Ребята искали его во всех углах и закоулках, по всей станице бегали, звали — и всё зря: собака бесследно исчезла.
Володьку тоска взяла. Но Алеша успокаивал:
— Никуда не денется, придет. Мы как отрубили хвост, золой не посыпали отрубленное место — вот он теперь ушел зализывать, а как залижет — придет.
И в доказательство своей правоты он рассказал:
— Вот у нас кошка попала между дверей, сломали ей ногу. Полежала она один день под сараем, а потом куда-то скрылась. Ну, мамка и говорит — пропала кошка. А она не пропала. Долго ее не было, и вдруг — пришла. Нога совсем зажила, только маленько прихрамывает. Вот мамка и говорит: «Скотинка живучая! Зализала — и прошло». А теперь она куда быстрее прежнего по заборам и крышам лазит, ловчится за воробьями. А Собику что — ведь у него только хвост!
Володька немного успокоился и лег вечером спать, уверенный, что Собик вернется.
На следующий день Володька рано проснулся, сел завтракать, взглянул в окно и… о, радость: напротив, у изгороди, лежит Собик! Володька схватил недоеденный кусок хлеба, стремглав полетел за ворота, чтобы поскорее встретить друга и угостить его. Но как только он приблизился к Собику, тот залаял, повернулся к мальчику обрубком хвоста, перескочил изгородь и лег в бахче. Володька звал его всякими ласковыми словами, манил хлебом через щель изгороди — ничто не помогало: Собик выл, лаял и не двигался с места. Володька бросил хлеб через изгородь к ногам собаки. Собака быстро проглотила кусок и унеслась.
Весь день Володька не мог ни о чем другом думать — Собик так и стоял у него перед глазами.
А вечером одолели его горькие мысли: Собика нет, и он уже не вернется. А что-то будет, когда приедет дядюшка?
Дядюшка приехал на следующий день пьяный — закончил подряд. Он распряг лошадей и, не заходя в дом, вышел за ворота. В это время на улицу выскочил Собик. Хозяин окликнул его и тут заметил, что Собик без хвоста.
Дядюшка прошел в дом и прямо к жене:
— Кто отрубил хвост собаке? Кто нас опозорил?
Крепко сидела в его темной голове станичная примета: собака куцая, кобыла без хвоста — значит, жена у хозяина не домоседка.
— Что ты, Павлыч, Христос с тобой! Что ты меня поносишь — кто собаке хвост отрубит? Да ее уже сколько дней дома-то нет. Наверно, издыхать ушла, стара ведь.