По пути в комнату я наткнулся на сушилку с постиранным бельем. Несколько капель обжигающего чая пролились мне на руку, и я тихо выругался себе под нос. Обойдя ее, я ногой открыл дверь, вваливаясь в свою небольшую спальню: кровать, шкаф и стол с компьютером; на подоконнике стояло несколько жутких цветов коричневых горшках – бабушкина прихоть. Ничего лишнего.
Поставив кружку на край стола, я плюхнулся в кресло на колесиках. Сложив руки за головой, я уставился в потолок, слегка покручиваясь на сидушке. Нога моя уперлась в край кровати, не позволяя раскрутиться слишком сильно.
Мысли не лезли в голову. Я банально уже не знал, о чем стоит думать. Да и надо ли? Рефлексия не всегда приносит отдушину, в последнее время она – мое бремя, что я вынужден нести едва ли не каждый день.
Компьютер крякнул.
Я отвлекся, выпрямился. Подергал мышкой и экран загорелся. Мне пришло уведомление от интернет-знакомого на совместную игру. Поморщился, взвешивая все за и против. Игра игрой, но хотелось чего-то более простого. Чтобы не планировать захваты замков или типа того.
Хрустнув костяшками пальцев, я быстро набрал сообщение:
не сегодня, прости
В ответ он мне прислал грустный смайлик. Я какое-то время бездумно пялился в монитор, посчитав, что совершил ошибку. Друзья ведь лучший антидепрессант? Но был ли он мне другом, если я знал только его дурацкий ник – DrBirbs. Мы с ним ни разу за все время даже не созванивались, что было чертовски неудобно, когда в разгар битвы я был вынужден писать в чат, а не просто кричать ему в трубку о том, что нас атакуют с левого фланга.
Он замолчал и вышел из онлайна. Хлюпнув носом и утерев его тыльной стороной ладони, я свернул наш с ним личный чат и вышел в гугл. Передо мной встал выбор: пара серий какого-нибудь немудреного аниме или бесполезные ролики на ютубе. Выбрал второе. На протяжении двух часов смотрел на то, как несколько алкашей дерутся. Залипательно, ничего не скажешь.
Дверь в мою комнату бесшумно открылась и, если бы не скрип половиц, я бы не заметил вошедшую бабушку. Она была не из тех морщинистых дряблых старушек, которых я частенько наблюдал у подъездных скамеек или в магазинах: ее любовь ко всему активному идеально сочеталось с тем, что она всячески отрицала свою старость.
- Привет, в стирку есть что? – голос ее звучал бодро даже после целого дня, проведенного на работе.
- Недавно же была, - в голову пришла сушилка, в которую я благополучно врезался совсем недавно.
Она махнула в мою сторону рукой, как бы говоря: мол, ты слишком глуп для этого.
Недовольно поджав губы, я свернул видеоролики, делая вид, что занят чем-то для школы. Открыл какой-то сайт с темой по физике, чтобы на весь экран было видно формулы и «умные» картинки. В это время бабушка бесцеремонно копалась в моем шкафу, нюхая футболки и откидывая некоторые из них в сторону.
После этого она подошла ко мне. Я вжал голову в плечи, все еще притворяясь, что занят чтением статьи, но в отражении окна следил за каждым ее действием. Какое-то время она стояла за моей спиной. Я думал, что она читала статью, но потом услышал ее голос, и внутри у меня все похолодело:
- Ты нарисовал?
- Чего?..
Я забыл спрятать листок под тетрадками и тот спокойно валялся у всех на виду. Совсем про него забыл. Дыхание перехватило, и я резко схватил его, пряча от бабушки. Хотя какой в этом толк, если она успела его рассмотреть? Мне стало стыдно, и щеки начали покрываться красными пятнами.
- Красиво, - она заметила мое смущение. – Кто она?
- Никто, - соврал я.
Бабушка мне не поверила. Развернулась и пошла в сторону двери, но перед тем, как уйти, с улыбкой на губах произнесла:
- Если захочешь обсудить, ты знаешь, где меня найти. Влюбляться – не стыдно.
Она ушла. Дверь закрылась и больше в комнату не проникал свет из коридора. Все снова погрузилось во мрак, и только холодное сияние компьютера отражалось на моих руках. За стеной слышались голоса бабушки и мамы, обсуждавшие какую-то ерунду, а я сидел, молча вглядываясь в нарисованное лицо Василисы.
Прошла минута или час – не знаю.
Я больше не мог видеть ее и безжалостно скомкав бумагу, закинул на самый дальний край стола.
Там ей и место.
Глава 8
Предновогодние страдания в учебе начались почти за месяц до самого Нового года: самостоятельные работы сменялись контрольными, а те пробниками по ОГЭ. Это не мешало мне спать на уроках и получать тройбаны, но всеобщая паника по поводу каждой работы начинала действовать на нервы.
Сегодня я был один – Василиса не пришла.