Если вы согласны – отправьте ответное бумажное письмо на адрес «ул. Родниковая 71», а этот экземпляр лучше сжечь, т. к. эта информация абсолютно секретная. Надеемся увидеть вас в наших рядах. Желаем удачи!»
Когда я дочитал письмо до конца – просто не мог поверить в увиденное, и если бы не замудренная черная подпись поверх огромного синего штампа – я тот час бы выкинул этот клочок бумаги и перекрестился.
От удивления у меня, казалось, онемели конечности. Это было немыслимо осознавать, что спустя такое долгое время кто-то действительно заинтересовался моими успехами, да и помимо всего этого мне еще и смогут помочь с поступлением! Мне это как никогда кстати, ведь я прекрасно понимаю, что руководство нашего «Солнышка» отправит меня в какой-нибудь захолустный технический колледж на самую невостребованную специальность, где мест хватит на всех жителей нашего города втройне. Даже мои высокие баллы не спасут ситуацию, ведь лучшие места уже давно заняли, и вовсе не честным трудом, а зеленым пачками, осторожно переданными директорам этих самых ВУЗов. В этот момент я чуть было не поверил в Бога, и мог бы подумать что это сон, если бы меня сейчас в него не клонило, а потому я аккуратно сложил письмо обратно в конвертик и плюхнулся головой на подушку, не в силах держать глаза открытыми дальше.
Близилось утро. Я прекрасно помнил, что мой испепеляющий товарищ за стеклом неистово хотел со мной встретиться. Мое окно для этого подходило как никогда лучше, вот только я наши прошлые встречи не забываю, а потому проснулся значительно раньше остальных.
Первым делом я достал конвертик, и планировал переодеться в одни из своих любимых широких штанов, хотя, любимых – это слишком громко сказано. Просто они были одними из немногого, в чем было не стыдно показаться людям, а взял я их с давнего привоза волонтерской организации.
Тихо спустившись, насколько это было возможно, я дошел до своего шкафчика, и на удивление никого не разбудил, ведь я был медлителен и аккуратен. Мой шкафчик был сделан из светло-коричневого дерева, а также подран на верхней части дверцы, но это меня не волновало. Главное, что он был вместительный. Взяв штаны и проходя на цыпочках по светлому паркету нашей спальной я тихонько открыл дверь гардеробной, чтобы переодеться. Сложив снятые домашние шорты пополам и повесив их рядом, я переоделся и положил конвертик в небольшой карман левой штанины. Да, это была еще одна причина, почему я решил одеть именно эти штаны. Моя тумбочка не всегда хорошо закрывалась, а потому было выгоднее хранить конверт именно в кармане, и не просто в кармане – а в кармане с застежкой. Я постарался засунуть конверт полностью, немного загибая верхний край. Тут же я схватился за бегунок на молнии и…Черт! Он не застегивался!
Ну да ладно, не успев запаниковать я быстро себя успокоил, потому что конверт было почти не видно. Всего лишь невзрачный голубой треугольник, может никто его и не заметит.
Отпустив бегунок я обратил внимание на свое отражение в большом зеркале, которое стояло недалеко. Мда, мое недоедание явно давало о себе знать, ведь я выглядел очень худощавым, а на лице будто бы еще больше выступили скулы. Мои глаза серого цвета и каштановые волосы стали немного выразительнее благодаря этому, но радости по этому поводу у меня не было, потому что я переживал, что бы это не отразилось по здоровье.
Спустя пять минут мне надоело смотреть на себя, и я решил тихонько открыть дверцу. Выйдя из гардеробной я вновь дошел до своего шкафчика, после чего аккуратно положил шорты на полочку, а затем направился к узенькому коридорчику, через который будет вновь проходить толпа в скором времени.
На самом деле, перспектива рано просыпаться мне никогда не нравилась. Я еще с детства понимал, что являюсь совой, а если быть точнее – филином, исходя из моего пола. Ну не мое эти ваши ранние подъёмы ни свет ни заря, быстрые бодрящие зарядки и вдыхание свежего раннего воздуха. Я чувствовал себя сонным с утра даже не из-за своего сбитого режима, а просто из-за своей физиологии. Именно ночью мне хотелось творить и заниматься чем-либо, но утро для этих целей никак не подходило. Я бы придерживался этой позиции и дальше, но с изменением моего спального места изменилось и мое мнение. Раньше я спал на удобно расположенной кровати, но сейчас понимал, что жару я ненавижу больше ранних подъемов, а потому был счастлив, когда прогуливался по коридорам нашего детского дома раньше остальных, осознавая, что этот чертов горячий луч меня не потревожит. От душного помещения это, конечно, не спасало, но было явно лучшим вариантом.
Переступив порог спальной комнаты и выходя на середину коридорчика я принялся идти вперед. Медленно и вальяжно расхаживая я рассматривал свой детский дом, но уже другими глазами. Коридор из белых бетонных стен с характерными трещинами вел меня прямо к двери, за которой работало руководство. Мне нужно было повернуть направо не доходя до этой двери, как я, собственно, и сделал.