Аккуратно засунув письмо обратно я наконец принялся выходить из спальной, и решил провести это время с моим любимым краником, попивая воду прямо из него. Далее я также решил прогуляться, и за эту прогулку, к счастью, никаких подозрительных событий не возникло.
Возвращаясь, я как раз поймал Сашу на том, что он медленно распрямлял спину из сидячего положения и потирал глаза. Быстро подойдя к нему я начал разговор.
– Доброе утро, Саш. Ничего не заметил еще? – спросил я его, улыбаясь.
– А что я должен был заметить? – ответил он сонным голосом, почесав рукой свои густые волосы.
– Посмотри под подушку, и узнаешь – ответил я, не скрывая радости.
Саша смотрел на меня со смятением, потому что не мог понять, от чего я так радуюсь, но после того, как он прочитал свое имя на конверте сразу все понял.
– Теперь мы будем вместе! – весело вскрикнул он и кинулся мне в объятия. Эх, какой же он все-таки ласковый, когда радуется.
Дождавшись Ваню мы ускорили шаг, чтобы занять уже привычное место на кухне. Немного поковыряв ничем непримечательную запеканку и запив ее невкусным соком, мы уже было собирались уходить, как вдруг нас остановило несколько мужчин из руководства, едва ли мы успели переступить порог кухни.
- Прошу минуточку внимания – произнес самый крупный из них в светло-серой футболке и объемных белых штанах. Он ненадолго отвлекся, чтобы протереть очки, а после продолжил речь своим невнятным высоким голосом.
– Нам будет необходимо отрепетировать наш выпускной. Для церемонии награждения вам нужно будет станцевать вальс, сегодня мы распределим пары и будем разучивать танец. Это касается тех, кто уже сдал экзамены. Если у вас на дни репетиции будут стоять пересдачи – мы вас отпустим. Репетиция сегодня в восемь. Быть всем. – продолжил он и после окончания фразы стал догонять своих уже активно идущих товарищей медлительным шагом.
Эта новость расстроила нас. Мы с Сашей и Ваней совсем не умели танцевать, да и не хотели тратить свое время на общение с одноклассниками, гораздо лучше было бы потратить его на наше локальное общение, но деваться, увы, некуда.
Выйдя из кухни мы втроем сразу принялись за написание ответного письма, и для этого решили зайти в открытый классный кабинет, где у нас периодически проводились занятия, благо сейчас он был свободен. Зайдя в кабинет, подранные парты с радостью нас встретили, и также быстро в глаза нам бросились открытые настежь окна светло-серых тонов, захламленный учительский стол и засохшие растения около шкафчиков с книжками. Мы принялись садиться за парты и писать ответ.
Ваня подошел к старому учительскому столу и взял немного пустых листков бумаги, после чего любезно передал их нам. Хорошо, что дефицита в них никогда не было. Мы с Сашей взяли листики, поблагодарив Ваню, и принялись писать. И казалось бы, в этом деле ведь не было ничего сложного, но мы, к сожалению, успели немного повздорить.
Дело в том, что нам не хотелось писать банальный ответ «Да, мы хотим поучаствовать». Нам хотелось больше раскрыть наши мотивы участия, чтобы люди понимали, с кем им посчастливилось связаться, а потому все детали написания необходимо было продумать, и главное – не спешить. Немного затупив уже на первой строчке мы поняли, что не справляемся в одиночку, уж больно часто вдохновение покидает людей в нужный момент, из-за чего нам захотелось переговориться.
– Я думаю, что надо писать лаконично. Коротко и по делу. – уверенно сказал Ваня, прервав тишину.
– А может быть, стоит написать побольше? А то мало ли, вдруг они не примут нас… – возразил я ему.
– Ну ты как обычно, Кость? Собрался там дифирамбы свои расписывать? Ты же понимаешь, что на твою фантазию как минимум не хватит бумаги, а как максимум, тогда тебе нужно будет написать ответ и за нас, ибо я не хочу, чтобы они посмотрели на наш с Сашей словарный запас и оценили его как скудный! – стал возмущаться Ваня в ответ.
– Да перестаньте вы. – вмешался Саша.
– Пишите как знайте. Если кого-то не выберут – им виднее, да и к тому же, мы всегда сможем отказаться, т. к. они сами написали, что это добровольно. Поэтому, давайте каждый ответит сам за себя. – спокойно ответил Саша, чем смог также успокоить и нас обоих, после чего мы принялись писать.
Этот процесс, как казалось лично мне, мы завершим быстрее, но в реальности все обстояло иначе. Мы понимали, что это действительно очень большой шанс в нашей жизни, что это единственная возможность обеспечить себе хорошее будущее, за которую нужно не то что держаться, а схватиться двумя руками мертвой хваткой, чтобы точно не упустить. Нам хотелось максимально раскрыть себя в письме, объяснить, какие именно мотивы нами движут, а потому, к процессу письма мы отнеслись крайне внимательно.