Он пытается встать, но у него не получается и я засчитываю себе победу.
Я так устал, что хочется рухнуть на песок, закрыть глаза и больше не подниматься. Но взятая на себя ответственность не дает поддаться слабости. Отдышавшись, я оглядываю арену, чтобы сориентироваться. Я ищу взглядом своих потенциальных противников, и обнаруживаю, что не все из них подлецы, крушащие слабых, некоторые из сильных бойцов вступают в бои друг с другом, поэтому их количество значительно поубавилось. Остались только двое, которые сейчас сражаются между собой. Я подбираюсь поближе и наблюдаю за их боем, стараясь не пропустить ничего важного, жадно изучаю их тактики. Они примерно равны по силе, но я выделяю того, кто станет победителем.
Пока я наблюдаю, ко мне задирается раб, желая вызвать на поединок. Бросаю на него беглый взгляд и отвергаю, сказав, что жду более сильного противника. Но тот занозился и не отстает. Видя мои кровоточащие раны, стервятники, привлекаемые легкой наживой, стремятся меня добить. Чтож сам напросился. Нокаутирую его с двух ударов. Больше желающих донимать меня не нашлось. И я спокойно досматриваю бой до конца. Я не ошибся, определив победителя. Это опытный боец, явно побывавший в настоящих битвах, о чем говорят его многочисленные застарелые рубцы, на мускулистом теле. Он не молод, но полон сил, быстр и умел. Представитель Коричневой расы.
Подхожу к нему, поздравляю с достойной победой и предлагаю сразиться. Он оценивающе смеряет меня взглядом, утирая кулаком кровь с губы. И, к моему удивлению, отказывается. Говорит, что не желает добивать истекающего странной кровью юнца. И ему не интересно сражаться с уставшим, измотанным противником.
А он не лишен благородства. Я даже начинаю испытывать к нему симпатию.
- Чтож, достойный ответ, – усмехаюсь я – но, оглядись вокруг, здесь остались лишь неопытные слабаки. Ты не найдешь себе достойного соперника.
Он осматривается и с кривой ухмылкой признает, что я прав.
Протягивает мне руку и представляется – Я Люмер.
- Рейлин, - представляюсь я, отвечая на рукопожатие.
- Откуда ты такой… странный? – Поинтересовался Люмер, безцеремонно разглядывая меня с головы до ног.
- С Северного Континента – ответил я.
- Далеко же тебя занесло, – протянул он удивленно - у вас там все такие, ну, с синей кровью?
- Не все… На нашем континенте несколько племен, – пояснил я – в нашем племени Демонов Тьмы – все такие, в других племенах иначе. Есть племена, где кровь красная, есть в которых голубая, зеленоватая.
- Занятно, – кивнул Люмер – буду рад послушать твои рассказы чужеземец, если повезет встретиться в более спокойной обстановке.
Ну вот, еще одно знакомство. А ведь я так не хотел обременяться связями.
Рабов на арене осталось немного. Из моей группы только трое. Ноэла я не вижу, выбыл. Надеюсь, ему не сильно досталось.
- Так что, Люмер, может все-таки сразимся? – Предлагаю я вновь. – Я обещал тем троим, что прикрою их от тяжёлых кулаков.
- Понял тебя, – ответил Люмер – не буду их трогать. В конце концов, это отбор и не обязательно всех отправлять в нокаут, может же остаться десяток самых стойких?
Я пожал плечами. Может и так, кто его знает, какие тут порядки. Расположившись рядом в центре арены, мы с Люмером стали наблюдать за сражениями оставшихся рабов.
К нам никто не подходит, опасливо озираясь на Люмера. В конце концов на арене остается еще четверо рабов помимо нас, двое из них из моей группы. Все уставшие, тяжело дышат после изматывающих боев. А мы с Люмером даже успели отдохнуть, особенно он. Меня терзала боль, не давая в должной мере восстановить силы, но я хотя бы дыхание смог выровнять.
Казалось бы, все уже закончилось. Но к нам с Люмером, решительными шагами подошел наблюдающий.
- Эй вы, - недовольно прикрикнул надсмотрщик – чего прохлаждаетесь, никто еще не объявлял окончания боев.
- Нам не с кем здесь сражаться – возразил Люмер – они все слабые, да и к тому же, выбились совсем из сил. Какой смысл продолжать?
- Не смей перечить, раб! – Разъярился надсмотрщик. – Сражайтесь друг с другом.
Люмер посмотрел на меня с сожалением и предложил – Ты можешь сразу сдаться, один щадящий удар и все.
Я не ответил. Я думал и анализировал. Вот так позорно сдаться было не в моих правилах, я никогда не пасовал перед противником, и сделать это сейчас – значит пойти против самого себя, против своей природы. И как жить потом с этим, как смотреть в свои глаза в зеркале?