Все в доме, начиная от прислуги и заканчивая стражами относились ко мне с почтением. Пользуясь своим положением, я даже поселила в своих апартаментах синегрива, которому дала имя Котик Второй. Я запретила запирать его в клетку в зверинце, сказав, что разрешаю ему свободно гулять по двору. Мне перечить не стали. Но синегрив, конечно, во время прогулки изрядно пугал слуг, своим суровым взглядом и тихим ворчанием. Да и стражи посматривали на него с опаской. На самом деле, я хоть и привязалась всем сердцем к хищнику, но была бы не против, если бы он перемахнул через забор и отправился на свободу.
Но, Котик Второй, похоже, взаимно привязался ко мне и уходить не собирался. Мне нравилось гулять с ним по двору и саду. Когда мы ходили вдвоем, синегрив всегда шагал рядом, угрожающе рыча, когда кто-то проходил мимо. Охраняет меня. Преданность, видимо отличительная черта этих животных.
Ашерос вернулся только через шесть недель. Я была искренне рада его приезду. По больше части от того, что надеялась на обещанную поездку. Но и соскучиться тоже успела. Да, к своему удивлению, я скучала по его обществу, по вечерним разговорам в саду. Я даже вышла его встречать, увидев из окна въехавшую во двор карету.
Вернулся он уставший и какой-то раздраженный. Выйдя из кареты, сходу отчитал подошедшего к нему управляющего. Но увидев меня улыбнулся, отстранил управляющего, подошел ко мне быстрым шагом, сгрёб в охапку и страстно поцеловал.
От неожиданности я опешила и даже забыла, что надо сопротивляться.
Воодушевлённый произведенным впечатлением, хозяин обнял меня за талию и увлек в дом, прямиком в свои покои.
Лишь только войдя в спальню, он набросился на меня с поцелуями.
- Что ты делаешь… постой – прошептала я, попытавшись отстраниться.
- Я соскучился – шепнул он в ответ, опуская меня на кровать.
Чтож, это должно было произойти рано или поздно, я сама согласилась быть его наложницей. Он, итак, держался очень долго. Я закрыла глаза и представила себя с Рейлином.
Мне уже не был противен Ашерос, но и романтических чувств я к нему не испытывала. Мне не хотелось с ним близости, но к собственному удивлению и стыду, мне понравилось. Он был напорист, но не груб. А после даже нежен.
Из-за того, что я получила удовольствие, у меня остался осадок, чувство вины перед Рейлином. Я ощущала себя изменницей. Поэтому, попыталась поскорее выбраться из объятий хозяина, но он не пустил.
- Тебе не понравилось? – Спросил он вздыхая, словно ему и правда было до этого дело.
- Дело не в этом… - осторожно ответила я, не желая его обидеть – тебя так долго не было… Все произошло так неожиданно и…
Помолчав немного, я добавила с укором - Ты обещал мне поехать в столицу.
- Но я только вернулся, дай мне передохнуть немного – нахмурился Ашерос – дорога была долгой и не очень приятной.
- И что же случилось в пути? – поинтересовалась я, цепляясь за возможность перевести разговор.
- Разбойники, - кратко пояснил Ашерос – мы потеряли часть товара и половину отряда сопровождения.
Было понятно, что углубляться в подробности ему не хотелось. И теперь уже он поспешил перевести разговор в другое русло.
- Не печалься, малышка, через пару недель поедем в Невелин, я обещаю – ласково проговорил он, целуя меня в плечо.
Две недели пролетели на удивление быстро. Они были насыщенными. У Ашероса были постоянные приемы и встречи. Но, несмотря на занятость, он не забывал уделять повышенное внимание мне. Его взгляды стали необычайно теплыми. Ох нет, так не смотрят на наложниц. Он стал очень нежным и внимательным. Уж не влюбился ли он в меня по-настоящему?
Его любовь совсем не входила в мои планы. Ведь мое сердце навсегда отдано Рейлину.
Влюбленные мужчины способны на любые безумства… и с одной стороны, это была возможность манипуляции. Но я не хотела манипулировать и играть с чувствами Ашероса. Несмотря на все прошлые обиды, он начинал мне нравиться, я стала испытывать к нему теплые дружеские чувства.
С другой стороны, его чувства, могли стать серьезной проблемой на пути моего воссоединения с Рейлином. У меня было предчувствие, что он ни за что меня не отпустит.
Ашерос сдержал данное мне обещание и по прошествие двух недель объявил, что мы едем в столицу.
На радостях я не сдержалась, и сама обняла и поцеловала его.