Но потом, взяла себя в лапы и последовала за Торном. Быстрыми прыжками пробежав сквозь пламя я оказалась на нетронутой огнем территории. Моя длинная шерсть была опалена, на кончиках тлело.
Торн терся о ноги мальчишки и тревожно мяукал. Я подбежала, присоединившись к нему, ткнулась носом мальчишке в лицо.
Ребенок был напуган, прерывисто всхлипывал, но нам удалось привлечь его внимание.
—Мы должны провести его к пожарной лестнице — Сказал Торн.
О, это оказалось нелегкой задачей. Мальчишка упорно не хотел проходить сквозь огонь. А еще говорят, что люди умные.
—Надо идти, иначе ты сгоришь — отчаянно мяукал Торн, ныряя в пламя, а потом выпрыгивая из него обратно.
Я зацепила мальчишку за штанину зубами и потянула в сторону выхода.
Это был ад. Настоящий ад, именно таким его описывала Нэлли, читая мне вслух какую-то книгу.
Дышать становилось все тяжелее, легкие горели. Глаза слезились и почти ничего не видели.
Я пожалела, что ввязалась в эту авантюру. Я уже ничего не хотела, никого спасать, хотелось только поскорее выбраться из этого ужасного места.
Огонь у двери в коридор стал более интенсивным. Я пробежала сквозь него так быстро, как могла, но моя шерсть вспыхнула. Невероятный жар и боль охватили мое тело. Я отчаянно закричала и упав на пол стала кататься, пытаясь сбить пламя. Мне это удалось. Обожженная кожа горела так, что хотелось лезть на стены.
Огонь наступал. Путь к пожарной лестнице еще был открыт, но очень скоро пламя перекроет его.
—Торн, скорее — Замяукала я, задыхаясь от ставшего еще гуще дыма.
Наконец появился Торн, а следом за ним мальчишка. Шерсть Торна полыхала. Он также смог сбить пламя об пол, но кажется, досталось ему еще хуже чем мне.
—Иди к выходу, — прохрипел Торн — выводи ребенка, он, кажется, понял, что мы пытаемся ему помочь. Я догоню.
На шатающихся лапах я пошла по коридору. У меня совсем не было сил, в голове был туман, мысли сбивались. Иногда я падала, отключаясь на несколько секунд. Потом я снова поднималась на лапы и шла к спасительной дальней комнате.
Сзади подступал огонь, подгоняя. Мальчишка, кажется, понял, куда идти и забежал в комнату обогнав меня.
Комната была наполнена дымом. Ребенок задыхался, кашлял, подошел к окну, спасаясь от дыма. Но почему он не вылазит? Не видит лестницу, конечно, дым не дает ему разглядеть.
Надо ему показать.
Сделав над собой усилие, я сгруппировалась и запрыгнула на подоконник отчаянно мяукая, чтобы захватить внимание мальчишки.
Затем я прыгнула на пожарную лестницу, показывая ему путь. Ребенок сообразил и полез следом за мной в окно. Вот он на шатких ногах ступил на лестницу, испуганно схватившись за перила.
Я вздохнула с облегчением и без сил растянулась на металлической ступеньке, пытаясь отдышаться.
Внизу выли сирену, слышались голоса людей. Грохотали машины. Я слышала скрежет металла и приближающиеся голоса.
Но где же Торн?
—Торн — позвала я слабым, еле слышным, за треском пожара, голосом — Торн…
Он должен был идти следом.
—Торн — мяукнула я снова, поднимаясь на лапы. Быть может, это мое самое безрассудное решение в жизни, но я не могу его бросить. Я вернулась на подоконник — Тооорн! — Мявкнула я на максимальной громкости, и закашлялась, из-за влетевшего в горло клуба густого дыма.
Огонь уже добрался до дальней комнаты и плясал на пороге, разбегаясь в обе стороны по бумажным обоям на стенах.
Дрожа от слабости и страха я спрыгнула на пол. Глаза слезились от едкого дыма и отчаяния. Сквозь густую дымную завесу я разглядела темный силуэт, лежащий на полу как тряпка. А может быть показалось?
Я побрела сквозь дым, спотыкаясь и кашляя.
Да, это был Торн. Он лежал на полу и не шевелился. Похоже он надышался дымом. Я начала теребить его, но он не приходил в себя. Я его лизнула в нос – никакой реакции. В отчаяние я укусила его за ухо. Торн простонал.
—Вставай Торн, — замяукала я —вставай скорее. Нужно торопиться.
—Лиззи — хрипло мяукнул Торн.
—Ну наконец-то ты очнулся! — Обрадовалась я — Скорее идем.
Но было уже поздно. Огонь сомкнулся вокруг нас кольцом и быстро подступал сужаясь.
Меня охватил ужас. Невыносимый жар становился все сильнее и сильнее. Мы кричали в агонии. Перед моим взором всплыла странная картинка — Пламя, рука, сжимающая мою руку и черные бездонные глаза, обрамленные длинными ресницами, смотрящие на меня с такой любовью.
На мгновение стало очень горячо и больно, а затем наступила тьма и тишина.
Глава 108. Возвращение.
Я больше не чувствую горечи дыма, жара или боли. Хотя я все еще здесь. Я в недоумении смотрю откуда-то сверху на наши скрюченные в объятиях тела, охваченные огнем.