— Ну пошли, покурим, соколик. На крылечко.
— Для кого соколик, а для кого и товарищ сержант. — Кидаю я ответку.
— Пошли, сержант. — Хмыкнув и накинув ватник, первым выходит водила. Одеваюсь и выхожу за ним.
— Угощайся, Яков Иванович. — Протягиваю я ему открытый портсигар, когда мы обосновались на высоком крыльце.
— Благодарствую. — Буркнул он, достав папироску. Прикуриваем от одной спички и дружно затягиваемся.
— А ловко ты сегодня от этих оторвался. — Желая потрафить шофёру, начинаю я разговор.
— Ну так, чай не первый десяток лет уже за баранкой.
— Небось ещё царя возил?
— Кх-Кх! — поперхнулся дымом Иваныч. — Царя не возил, а вот товарища Каутского доводилось.
— А под капотом небось лошадок пятьдесят пасётся? — Киваю я на обычную с виду «эмку», не став углубляться в историю.
— Мелко плаваешь, сержант. Семьдесят шесть. — Ухмыляется водила.
— Да ну? Неужто все шесть горшков?
— А то. Двигатель совсем новый — Газ-11.
— А я слыхал эти движки на танки ставят?
— И на танки тоже, но нам с товарищем полковником эта машина перепала. — Присел на своего любимого конька шофер, «и тут Остапа понесло». Не перебиваю, а внимательно слушаю и поддакиваю в нужных местах не съезжая с темы. Так что курим мы как минимум полчаса, в результате я уже не соколик, а Николай или короче, ну а Иваныч уже без Якова.
— Эх, в баньку бы сейчас, а потом по сто грамм да под селёдочку. — Потягиваюсь я, когда Иваныч иссяк.
— Под селёдочку, да после баньки, можно и по двести. — Поддерживает меня он.
— А с хорошей компанией и пузырёк не грех раздавить. Только где взять? — сокрушённо вздыхаю я.
— Здесь с этим строго, с баней тоже сегодня не выйдет, а вот колонку разжечь, да воду для ванной согреть, это можно.
— А тут что, даже ванная есть?
— А ты думал? Конечно есть. И водопровод.
— Так чего мы стоим? Пойдём. Покажешь. Как тут всё работает. Сюрприз нашей медсестричке устроим.
Когда мы закончили возиться с колонкой для подогрева воды, работающей по принципу самовара на дровах, пришёл сияющий полковник Васин и попросил Свету его накормить.
— Говорят тут супец бесподобный, сполоснув руки, проходит он к столу. А мне не только поесть, но и кое-с-кем поговорить не мешает.
Дело оставалось за малым. Так как суп стоял на плите и был ещё тёплым, а повариха, она же официантка обслужила «клиента» и покачивая бёдрами, удалилась.
— Надо будет, нальёте ещё, кастрюля на шостке. — Слегка обидевшись, закрыла Светуля кухонную дверь с той стороны.
— Ну, как шпионка, в признанке? — присаживаюсь я на табурет напротив начальника.
— В полной. Уже два карандаша исписала и ещё продолжает. — С набитым ртом отвечает довольный Васин и продолжает есть. Не мешаю, но одна мысль крутится у меня в голове и я всё никак не могу её ухватить за кончик.
— А я тогда зачем вам понадобился?
— Да возникла пара вопросов, которые срочно нужно выяснить и разъяснить.
— А Милка сейчас где?
— Что? Какая милка?
— Ну Анфиска эта, шпионка. Она в камере?
— В допросной. А что?
— А допросная где находится?
— В подвале. Я не понял. В чём дело, сержант?
— Да я и сам пока не пойму. Одна она там?
— Зачем одна? Лейтенант Тихий за ней приглядывает.
— Шпионка в наручниках? — удаётся мне наконец ухватить непослушную мысль.
— А зачем? Она ж баба, а у Тихого не забалуешь.
— Она не баба. Она диверсантка! — Уже чуть ли не кричу я, вскакивая с табурета.
— И что???…
— Да трындец вашему Тихому лейтенанту! — Популярно объясняю я, выскакивая из кухни.
Не одеваясь выбегаю из дома, полковник и Иваныч следом за мной. У входа в соседнее здание останавливаюсь. Поджидаю напарников чтобы меня в горячке не пристрелили. Пробежал-то всего ничего, а запыхался. Здоровьишка видать совсем не осталось.
— За мной! — Идёт впереди капитан ГБ, держа в вытянутой руке открытое удостоверение.
— Сержант, срочно звони в подвал, пусть проверят допросную. — Отдаёт он распоряжение дежурному на входе и мы бежим по коридору к выходу из подвала.
Как не матерился полковник Васин, подгоняя тюремного цирика, но в подвал мы попали, только пройдя все бюрократические процедуры со сверкой номера табельного оружия написанного в удостоверении и на «стволе». Я бы мог проскочить быстрее, так как пистолета у меня не было, но у меня и удостоверения тоже не было. А на все стенания Васина гэбэшный сержант отвечал односложно. — Инструкция. Не положено. — И хоть ты кол ему на голове теши. Интересно, как они тогда в бомбоубежище попадают, если также, то это писец. Немцы уже отбомбятся и улетят, а в подвале только пара человек укроется.