- Добрый. – Оба встали и смотрели на меня взглядом побитой собаки.
- Как произошло?
- Не знаем. – Один, видимо взявший на себя роль парламентера, вышел вперед. – Мы стояли все время рядом, никуда не отходили. За дверью было тихо. Потом к нему пришел врач, мы вошли вместе с ним, а там этот уже холодный.
- Понятно. – Я пошла в сторону распахнутой двери. Там, под простыней лежало тело Ивашкин. Рядом с ним все также стоял отодвинутый мною стул. Нетронутый обед, который принесли как раз во время моего визита и больше ничего. – Скажите, пусть телом займутся криминалисты. – Парни кивнули и один вышел из палаты. – Здесь ничего не трогали?
- Нет. Мы ждали вас.
- А почему не позвонили сразу.
- Так позвонили в отдел, нам сказали, что вы как раз сюда выехали. Вызвали мед экспертов и все. Это произошло буквально пол часа назад.
- Мобильные на что? – я начинала закипать.
- Так нам сказали, что вам все передадут.
Глубокий вдох и медленный выдох.
- Хорошо, спасибо.
Моя маленькая ниточка оборвалась.
Приехал за мной Александр. Увидев майора на месте преступления после рабочего дня, сотрудники напряглись и стали действовать быстрее, а я отметила про себя, что его присутствие - меня напротив подбадривает.
- Привет. Что тут у вас?
- Пока не знаю. Хочу сказать, что смерть по естественным причинам, но боюсь, что это не так.
- Зачем? – он обошел палату, как ищейка осматривая каждую мелочь.
- Боюсь, что помимо прочего, он был свидетелем. Но это не здесь. – Александр кивнул, быстро сообразив о причинах моей неразговорчивости.
Покончив со всеми бумагами, мы поехали домой. Мне говорить не хотелось, а он не настаивал, за что я была ему благодарна.
Дома мне бы хотелось отдохнуть и расслабиться, принять горячую ванну, возможно вместе с Алексом, но уже на подходе нас встретила громкая музыка и девчачий визг.
- Аня, твою мать! – Александр заорал так, что смог перекричать колонки. Девица испуганно пошатнулась и упала с дивана, на котором в это время скакала. Рядом с ней стояли еще 3 девушки примерно одного возраста. – Это как понимать?
- Ой. Саш, Ален. Привет. – Она помахала нам с пола, на котором все еще лежала. В комнате отчетливо пахло алкоголем.
- Что здесь происходит. – Он прошел вглубь комнаты выключая звук на музыкальном центре.
- Небольшой девичник. Ты не против? – девушки рядом пьяно захихикали.
- Против. – Он скрестил руки на груди и смотрел на сестру.
- Не будь букой. Мы просто немного повесились.
- Немного?! – теперь глаза моего мужчины метали молнии. – Кто это?
- Твои потрясающие соседки. Оказалось, что даже в твоей дыре можно найти нармальных людей.
- Если вам ехать никуда не надо, то советую вам прямо сейчас покинуть это помещение. – Теперь он обращался к девушкам, что, покачиваясь стояли у стены.
- Саш. Ты чего? Мы же просто чуть-чуть повеселились! – Аня и правда не понимала причину негодования брата. – Может ты все таки отпустишь меня с ними гулять?
- Спать ложись. – Он заскрипел зубами и направился в сторону двери подталкивая девиц.
- Ален, ну чего он? – она пьяно захныкала, даже не собираясь подниматься на ноги.
- Ложись спать. Завтра поговорите.
Александр стоял на балконе крутя в руках сигарету, но так ее и не прикуривал.
- Ты как? – Я обняла его со спины, показывая свою поддержку. Он чуть откинул голову давая возможность вместе с ним посмотреть на вид. Обычный спальный район, ничего особенного, но белые ночи… сейчас, в 22:30 , солнце начинала клониться к закату, окрашивая пятиэтажки в нежно-розовый цвет. Мимо пролетела стайка птиц, видимо ласточек, свивших себе гнезда на техническом этаже девятиэтажки. Небольшой парк, что располагался прям под окнами, дарил ту самую прохладу, что так недоставало нам днем.
- Я вот про что думал. Я про защиту, презерватив, в своей жизни забыл дважды. Первый раз с Ингой. Эта ночь подарила мне сына. Я счастлив от мысли, что это мой ребенок, но понимаю, что сейчас ему лучше с его мамой и ее мужчиной, с тем, кого он и так называет папой. И с тобой. – Он извернулся меняя нас местами, так, что теперь это он стоял у меня за спиной нежно обнимая – Я не хотел говорить, хотел пустить все на самотек, но если от этого единственного раза ты забеременеешь – я буду счастлив. Ты сделаешь меня самым счастливым на свете. Я хочу тебя, я хочу быть с тобой. Ты потрясающая. Но сейчас, глядя на свою сестру, я думаю о том, что возможно это правильно, что Елисея воспитывает мать, возможно правильно, что я не вижу всех его шалостей. Она же неуправляемая. Результат чрезмерной любви и опеки.