- Много, только она бестолковая без него самого. – Я открыла папку и снова пробежалась глазами по последнему допросу Ивашкина, передавая папку Алексу и Павлу.
- Ален. Его отравили, потому что он запел. Я сидела с ними всю ночь, и не могла понять, что же не так. Оказалось все очень просто. Его отравили бета-блокаторами.
- Как так? Ведь бета-блокаторы это для лечения сердечной недостаточности. В больнице у него такого заболевания не обнаружили, но даже если его ввели, то не могла же привести к таким последствиям?
- Могли, потому что в больнице ему проводили курс Верапамила!
- Не понимаю. – Я устала стоять и села на стул рядом, а Александр встал за моей спиной.
- Совмещение этих двух препаратов приводит к критическому замедлению сердечного ритма, что без должного лечения и контроля восстановить невозможно, а на него просто забили. Он лежал один в палате, к нему никто не заходил…
- Вот именно.
- А еда?
- Еду ему принесли при мне. Она была нормальной. Наши сотрудники лично следили, чтобы все было из общей тары.
- А хлеб?
- Я не знаю. – Я снова встала и прошлась по помещению – Не знаю.
- Его диета подразумевала полное отсутствие хлеба.
- И что?
- Но он был. И, как я понимаю, только его он и съел.
- Ничего не понимаю. – Она закатила глаза, собираясь объяснять мне по новой. – Подождите. Ладно, Ивашкина убили хлебом, - данная трактовка была не совсем верной, но мне надоело выглядеть как умственно-отсталая - но причем здесь Петров, а тем более Мышкин?
- А от теперь самое главное. – Она подала нам по папке. Пока я повесила трость, пока села на стул, пока открыла папку, я успела услышать, как выругался Пашка и увидеть как расширились глаза у Алекса.
- Это точно? – Слово взял Алекс, пока я водила взглядом по ничего не значащим для меня строчкам.
- Точнее не бывает. – Алевтина Петровна опустилась на стул рядом со мной и ткнула пальцев в предпоследнюю точку, где шел сравнительный результат крови всех троих.
- Они все были под кайфом? – Это все что я поняла из этих данных.
- Не просто под кайфом. – Алекс сел рядом со мной. – Это синтезированный наркотик. Питер занимает первое место по распространению синтетических наркотиков, таких как метамфетамин, но то, что обнаружено в их крови – это гибрид всего – что было нам известно до этого. Вот это – он ткнул в один из показателей – это признак наличия в крови опиатов, вот это – показатель синтетических наркотиков, а вот это – галлюциногены.
- Но это невозможно. Нельзя соединить все вместе.
- Можно. – Алевтина Петровна подошла к окну. – Такое уже было. В начале нулевых. Это был гибрид конопли и синтетики. Много молодежи поумерло. Барыги быстро сообразили, что лучше с этим не связываться, да и слух среди нариков пошел, что чудо средство – это билет на тот свет. Да и привыкания к нему почти не ощущалось. А это что-то абсолютно новое.
- Но умерли они не от наркотиков.
- Да. Поэтому вы сейчас здесь. Я свяжусь с коллегами в других регионах и узнаю, откуда пошла дрянь, но будет крайне хреново, если пошла она от нас.
- Это все понятно. – Алекс встал – но почему вы хотели видеть нас троих?
- А это вторая часть балета. Единственное, что удалось нам выяснить, что убитый Петров, был застрелен из оружия которое, по официальным сведеньям, давно списано и утилизировано. Оружия из следственного отдела.
У нас троих расширились глаза.
- Раньше пистолет числился за капитаном Гусевым, но после того, как он погиб при исполнении, а пистолет не смогли найти – его списали. Это было больше 15 лет назад. Тогда был большой скандал, но дело удалось замять. Это на набережной произошло, все подумали что пистолет упал в реку. Там конечно все облазили и с водолазами, и граблями, но, естественно, ничего не нашли. А на счет того, что вы втроем не совершали данных преступлений – к сожалению я уверена, а вот про остальных не могу такого сказать. Из-за этого пистолета приходится подозревать даже тех, с кем проработала почти всю службу. Алену оправдали. Александр в это время был в Москве. А у Павла есть алиби на два вторых убийства. Он был здесь. – она пояснила для нас с Александром – Я понимаю, что если покопаться, то получится более точный список, но это те – в ком я точно уверена.