- Спасибо, мой славный жеребенок. Ты помог бескрылому старику взлететь на скалу Тучэвула!
Все разбрелись по площадке. По краям ее была выложена невысокая каменная стена. Деревянный дом прилипал задней стеной к утесу, на котором стоял шестикрылый ветряной двигатель. От него к флагштоку тянулась нить радиоантенны.
- 3-здесь смородиновый сад! - закричал Кирька, забравшийся на скалу позади домика.- Смородина! Осмотрите: каменушка, моховка, ч-черная, к-кислица,- перечислял он сорта.- Цветет здорово!
На двери, врубленной в скалу, красовалась аккуратная надпись: «Холодильник Тучэвул-1». Рядом из расщелины по каменному лотку стекали хрустальные капли студеной воды и попадали в широкий квадратный резервуар, высеченный в граните. Вблизи виднелась другая яма с водой, заселенная мальками рыб.
Глянув вдаль, Наташа увидела утес-великан, возвышавшийся над всей страной заоблачных гор.
- Седой Туркулан смотрит на тебя,- услышала Наташа дрогнувший голос Кыллахова.- А вокруг него горы - его дети и внуки, они тоже ждут человека…
Зоя, держа под руки Сергея и Вадима, вела их по краю площадки. Она рассказывала о «Ласточкином гнезде» в Крыму.
- Здесь красиво, но слишком холодная и суровая красота,- говорила Зоя.- Вот в Крыму…
Подойдя к мачте, они увидели на ней металлический щиток и надпись: «Здесь будет город».
- Вот это размах! - восхитился Орлецкий.
- Игнаш загадал здесь электростанцию,- откликнулся Сергей.- Место самое подходящее.
- Просто человек решил себя увековечить,- остудила восторги Зоя. Она не любила, когда при ней чем-то восхищались, и всегда находила «но», чтобы поубавить пыл. Сама она никогда ничем не восторгалась, считая это признаком глуповатости.
У обрыва стояла металлическая лебедка с ручным приводом и длинным стальным тросом. Видимо, с ее помощью хозяин передвинул огромные валуны, лежавшие на краю площадки. Но и это не удивило Зою. Сама она не поднимала в жизни ничего, кроме ручного чемоданчика, и потому не могла даже представить, какая сила земного притяжения скрыта в этих камнях и сколько труда нужно было потратить, чтобы передвинуть их даже лебедкой…
- Техника!-воскликнул Вадим.- Все на современном космическом уровне.
- Кирилл! Покричи со скалы,- распорядился Кыллахов.- Может, хозяева рядом.
- Игнаш живет не один? -спросил Орлецкий.
- Зачем спрашиваешь, разве сам не видишь?-удивился старик.- Вон на стенке две пары охотничьих лыж сохнут!
Сколько ни аукал Кирька, никто не откликнулся ни с берега, ни из тайги.
- Хозяева нас заранее пригласили в гости,- указал Кыллахов.
И в самом деле, на дощечке над дверью домика было написано «Добро пожаловать!» Дощечка оказалась двухсторонней. Повернув ее, Орлецкий прочитал другую надпись: «Вход воспрещен!»
Вслед за Ксенофонтом вошли в зимовье остальные. Только Шатров остался на улице. Он все ходил вокруг Магана, хлопал ладонью по крупу, потом переседлал и, наконец, подвел к краю площадки, словно показывая коню, как высоко он взобрался. Сегодняшний «взлет» Магана окончательно покорил Рома и затмил для него все события. Эх, если бы ему такого крылатого коня! При одной лишь мысли, что старик вздумает по этой же трубе спускаться на Магане, Рому становилось дурно. Нет, он не позволит старику рисковать конем!
Наташа робко вошла в сенцы, заставленный банками и корзинками, и не решалась пройти дальше, словно входила в сказочную избушку. В распахнутую дверь она видела два столика у окон, вдоль задней стены стеллажи, уставленные от пола до потолка книгами. Настоящее царство книг!
На столе лежала записка: хозяева предупреждали, что отправились на дальние озера.
В простенке между окон висело несколько фотографий. Две были давние, выцветшие: на одной - Ленин читает газету «Правда», на другой - молодой красногвардеец Ян Игнаш на посту у Смольного, высокий, сероглазый, с решительным выражением лица. Рядом виднелась новенькая фотография, на которой стоял молодцеватый курсант летного училища. На фотографии была надпись: «Моим дорогим предкам от любящего сына Арнольда». Ниже висел плакатик с надписью: «Татьяниада», и под ним множество фотографий, запечатлевших одну и ту же женщину - в тайге с «тозовкой», на рыбалке, у обрыва, в доме. В этом жилье был настоящий культ Татьяны! С фотографий смотрела довольно молодая невысокая белокурая женщина, ее большие светлые глаза глядели внимательно и чуть с грустинкой.