Я почувствовала, как нечто пытается приблизиться к ней. Не агрессивно, а скорее с исследовательским любопытством. Это было нечто, что существовало вне формы, вне понимания. Что-то, что было рождено из самого сердца этого места.
"Ты здесь, чтобы понять или найти?"– прошелестел вопрос, который не был произнесен словами, а скорее возник в моём сознании, как само собой разумеющееся.
И я ответила: не словами, а своим собственным резонансом. Я послала волну своей сути – волну огня, но огня, который был не разрушительным, а созидательным. Волну, которая показывала моё желание защитить друзей, моё стремление к истине и готовность принять неизвестное.
«Я здесь, чтобы найти их. Чтобы вернуть их.»
Ответ был мгновенным. Это было не подтверждение, а приглашение. Приглашение к более глубокому погружению. К пониманию того, что связывало всех нас с этим местом.
Я почувствовала, как мои собственные вибрации начинают меняться, раскручиваться, звучать иначе. Я не потеряла себя, нет, я начала чувствовать не только свои собственные резонансы, но и те, что были вокруг. А затем пришло понимание, понимание языка этого места, язык сути.
Я увидела, что Криспиан, попав сюда, был очарован мощью этой реальности, ее первозданной энергией. Его стремительный дух хотел впитать ее, слиться с ней, он не желал уходить, напрочь потеряв связь с реальностью.
Тарвин же, напротив, пытался разложить ее на составляющие, понять ее законы, обрести над ней контроль через знание. Оба они, каждый по-своему, были поглощены этой реальностью, не понимая, что она не терпит ни полного слияния, ни полного контроля.
И та самая сущность, что встретила меня, была хранительницей этого места. Сущностью, которая не была ни доброй, ни злой. Она просто была. И она искала тех, кто мог бы постичь ее, а не просто использовать, потому что она была живой, и нуждалась в живом.
«Они нашли то, что искали, но не то, что им было нужно», – возникла мысль. – «Истина здесь не в обладании, а в принятии. Не в силе, а в гармонии.»
Я осознала, что это мой шанс – взять не силой, но – пониманием и принятием. Я сосредоточилась на своем внутреннем огоне, направляя его не как оружие, а как проводник. Проводник, который покажет мне и моим друзьям путь обратно, к их собственной сути.
Реальность расцвела образами. Я легко касалась их, не давая себе в них растворяться.
Я видела человека, тёмного мага большой силы, что провёл ритуал, желая получить доступ к всей силе этого мира, безумца, ставшего жертвой собственного эксперемента. Он достиг цели, но, при этом, сам растворился в собственном творении, став одной из бесчисленных вибраций этого места. Его амбиции рассыпались прахом. Впрочем, можно сказать, что, в какой-то степени, он исполнил своё желание: он хотел получить доступ к силе, и получил его, став его частью. Каплей в море.
Он искал саму суть силы мира, её первоисточник, его пульс, и нашёл. Он расчитывал вырвать силу мира из её естественного течения, её гармоничного вечного танца. Подчинить своей человеческой воле.
Всё равно, что муравью пытаться подчинить себе бурю. И оставил за собой лишь искаженное эхо: это место, и отголоски своей вибрации в нём. На зато теперь это место, где другие могут соприкоснуться с Силой.
И это место открылось им, случайным путникам, которым чужды намерения растворившего своё имя в веках тёмного.
Я почувствовала, как изменилась частота вибрации вокруг: теперь в ней было не только любопытство, в ней была... Оценка?
Да, именно так: сила мира оценила меня и начала проникать в моё сознание, не навязываясь, а предлагая понимание.
Я вновь увидела тёмного чьи руки тянулись к сфере света, а лицо было искажено гримасой гнева и непонимания. Затем взрыв, который раздробил реальность вместе с магом на тысячи осколков. И каждый осколок стал новой нотой в симфонии этого мира, не правильной, искажённой.
Я увидела, как Кристиан, втянутый в зеркало портала потоком силы, невольно впитал в себя часть этой энергии. Впитал, но не смог усвоить. С ним сыграли злую шутку его неуемное любопытство и голод к новому опыту. Его воля, сильная, но не направленная, сделала его уязвимым: он, стал сосудом, который стал переполняться.
Тарвин, с его аналитическим умом, в свою очередь, попытался найти закономерности. Разобрать и собрать силу мира так, как если бы она была формулой или механизмом. И эти его попытки обрести контроль через знания, сделали его заложником своих теорий. Он, словно слепец, двигался по кругу, не в силах за своими теориями, увидеть истинную природу силы.