И терпение. Да, терпение. Этого мне не хватает. Взять, хотя бы, мои попытки сразу уйти из долины.
Глянул на Лайру: слушает ли? А если слушает, то слышит то же, что я, или нет? Хотел бы я знать, что творится в её хорошенькой головке.
Ткач... Ткач интересный образ. Да, я стану тем самым ткачом для Таринии. Тем, кто закладывает прочный фундамент, основу для будущего, кто воспитывает новое поколение, передавая не только силу, но и мудрость!
Только я хотел отблагодарить Аэрона за историю, как голос подала Лайра:
– Какая чудесная история! А как вы оказались здесь, в долине?
– Сильвия, – эльф махнул рукой в сторону жены, которая закончила петь и уже шла в нашу сторону, но её задержала Ингунн, – много лет назад я похоронил жену, жизнь которой унесло проклятие, эльфийку, мать моих детей. Я был один всё это время, пока не встретил её, мою Сильвию. Проблема в том, что она эльф лишь на одну восьмую, и её магия слаба. Значит и срок ей отпущен короткий. Потеряй я и её, мне бы было проще прекратить своё пустое существование, чем жить без неё. Мой народ знает о дороге среди скал, и об этой долине.
Кстати, таких долин существует не одна. Говорят, они созданны именно для того, что бы укрывать влюблённых.
Тут подошла Сильвия, снова заиграла весёлая музыка и она утянула мужа танцевать.
Маранские топи. Виренея Каспо.
В сплетении корней и веток виднелись два тела. На миг мне показалось, что девушка – и впрямь Лайра. Но я очень быстро поняла, что это не так. Однако, это не отменяло того, что от увиденного у меня волосы встали дыбом, а на кончиках пальцев сами собой заплясали искры: ветви росли не только вокруг тел, но и прямо из них. Нет, не "сквозь", а именно "из".
– Они что, стали частью этого... Этого... – я не смогла подобрать слов.
– ...симбиоза, – мрачно продолжил мою мысль Тарвин.
Криспиан только гулко сглотнул.
– О да, симбиоз! – радостно закивал хозяин болот, – я улучшил их магию, сделав её "корневой". Это прекрасно, не правда ли?
– То есть, они питаются непосредственно магией мира? – снова подал голос Тарвин.
– Не только ей! – радостно воскликнул болотный Садовник, вообще любой! И такой прекрасной, практически вечной жизнью скоро смогут жить все жители Рагногара!
– Угу, очешуительная перспектива, – голос Криспиана сочился сарказмом.
– Их надо вытащить, – тихо бросила я парням.
– Угум, а с главным садовником что делать будем? – поинтересовался Тарвин.
– Вы... Вы хотите попробовать мои плоды? Хм. Вы интересны, – из под капюшона садовника на этот раз выползли два сиреневых глаза на щупальцах и потянулись в сторону нашей компании.
– Неа, уважаемый. Мы хотим стать семенами сорняков, которые проросли здесь самовольно! – и Криспиан призвал магию земли, устроив мини-землятрясение.
Болотная почва под нами вздыбилась, гулко ухнула, где-то вдалеке дружно забулькало в разных местах.
– Семена. Да-а, семена! Я вижу в вас потенциал. Потенциал, который я могу направить и укоренить! Вы готовы стать частью моего творения?
И тут Садовник завибрировал низким, пульсирующим гулом. Этот гул, казалось, проникает внутрь, заставляет вибрировать кости, будя нечто очень древнее.
Я почувствовала, как это древнее внутри отзывается, желает и впрямь "укорениться", что бы черпать силу из недр.
Заметно было, что моих друзей тоже "накрыло" этой странной "песней".
– Нет, – вскрикнула я, вскидывая голову и моментально вспыхивая светлым, очищающим пламенем, – мы – не часть твоего творения, мы сами – творцы! А ты – всего лишь садовник, заигравшийся в Бога!
В следующий момент меня хлестнуло тонким корнем, правда, как только агрессивное растение встретилось с моим огнём, оно тут же осыпалось пеплом. Зато уцелевшая часть корня прилетела по рукам Криспиану и по заднице Тарвину, мгновенно выдергивая из наведенного песней Садовника оцепенения.
– Вы не понимаете, – гневно пророкотал Садовник, – я лишь улучшаю, я даю истинную силу! Силу, которую вы не смогли бы достичь сами! Посмотрите на своих друзей, разве они бы смогли достичь этого сами?
Я не спускала глаз с чудовища, выискивая слабое место и прикидывая, чем его лучше атаковать, но любопытство Тарвина, кажется победило.
– Они же... Они же цветут, – выдохнул он с восхищением, – а их сила, она такая чистая, мощная и спокойная...
Нет, ну точно – псих! Я давно это подозревала...
– Угу, ничего себе, цветочки, – прохрипел Криспиан, которого в этот момент оплели корни, и принялись душить.
Я поняла, что медлить нельзя, и ударила Садовника заклинанием огненной плети, плетение которого занималась, пока парни невольно отвлекали противника болтовнёй.
Садовник среагировал молниеносно, в небо взмыла волна болотной земли, закрыв его от удара. Зачадило, завоняло горящим торфом.
Криспиан в это время освободился от оплетающих его корней и теперь пытался вытянуть силу из корней, оплетающих парня с девушкой.
– А ты знаешь, что им сейчас больно? – спросил Садовник, и огромный стебель, вырвавшийся из земли, отшвырнул Криспиана куда-то назад.
В этот момент Тарвин не придумал ничего лучшего, чем ударить в землю под ногами-бревнами садовника сырой силой – смесью тёмной и светлой магии, ставшей ему доступной.