Анис ещё долго рассказывала о жизни в долинах и о принятых тут устоях. Долин было две: первая поменьше, где стояла деревня и были разбиты огороды, вторая большая: там было озеро, которое питали дожди и горный ручей, и паслись козы. Коз, кстати, ограничения на деторождение не касались, козы вполне себе успешно размножались, обеспечивая жителей мясом и молоком. В данный момент в деревне жила 21 пара, и одинокая Ирма, не пожелавшая уходить после того, как её муж погиб.
Женщины могли здесь жить одни. Мужчины – нет. Я так и не поняла почему,
опять же, что-то связанное с магией долины.
Зачем сюда приходили? Чаще всего, что бы познать какую-то тайну, найти ключ к своим вопросам, разобраться в себе. Но могли быть и другие причины: например Старейшина Сандрос и Анис пришли сюда, сбежав от страшной войны, которая разрывала их мир на части. Наверное, они пришли сюда до тех пор, пока им не надоест тут жить, ведь время вне долины идет иначе, в сотни раз медленнее, и вряд ли, пока они тут, война успеет закончится.
Были ещё ещё Ольв и Ингунн. Они пришли из мира, где почти не было магии, потому что Ингунн угасала там, в том мире, и вылечить её болезнь было некому, а Ольв слишком любил жену, что бы её отпустить, потому нашел дорогу среди скал.
Кажется, у меня есть вопросы к Вальдеру... И чем дальше, тем больше.
Потом мне дали одежду и обувь. Наряд на мне и впрямь был странный: коротенькие штанишки и рубашка, непонятно, откуда взявшиеся. А затем усадили за стол.
Долина Никогда. Вальдер Райно.
Старейшина сел за столом напротив.
– Ты не найдешь тут того, что ищешь. Я был сильным менталистом в "прошлой" жизни, долина приглушает любой магический дар, но не гасит его совсем. Так вот, того, что ты искал, ты здесь не найдешь. Зато вполне можешь отыскать другое. Возможно – более важное. А девчонку ты привёл сюда зря, ты не испытываешь к ней чувств вовсе, а то, что она питает к тебе – не любовь. Костёр страсти пылает ярко, но не долго, а обжигает сильно. Потухнет или сожжет, и она уйдёт без тебя.
– И что же делать? – нахмурился.
– Сделай так, что бы твоя спутница не захотела уйти. И поумерь свою гордыню, иначе ты не выберешься отсюда никогда. Живым, по крайней мере.
На этих словах старейшина встал и ушёл.
Один из мужчин долго вводил меня в курс дела, объясняя, что да как в долине. Точнее – в долинах, их было две.
Потом меня проводили в один из пустующих домов, который отныне должен был стать нашим на всё то время, пока мы пробудем тут.
Я снова злился: я то насчитывал после ритуала, как минимум, найти огромную библиотеку с тайными знаниями, или мудреца, который даст мне ответы. Да хоть перед светлым ликом Богини встать. А нашёл – деревню!
Через некоторое время женщины привели Лайру. Она была зла не меньше, чем я, и начала с обвинений меня во всех тяжких.
Честно – у меня нервы были на пределе, и больше всего мне хотелось сейчас не просто наорать на неё, а врезать, как следует, что бы она уже заткнулась. Но я помнил, что теперь от неё зависит моя жизнь и то, смогу ли я выйти когда-нибудь из этой дыры.
Поэтому мне пришлось подавить свою ярость, и очень-очень аккуратно подбирать слова.
Да, обманул и использовал, прости. Даже на колени показушно плюхнулся. Увидел мол в ней светлую, чистую, неравнодушную натуру. И руки целовать принялся. Затем рассказал о том, как горел идеей, своей целью, как хотел сделать мир лучше. Увлёкся немного, но вроде ничего, девчонка слушала. Заверил, что она мне искренне нравится, а на вопрос, почему вместо неё не взял законную жену отнекался, что брак у нас договорной, и чувств никогда не было и в помине.