Но сейчас, когда Рената битый третий час читала про вирус, про пандемию, про заболевших и умерших, про методы лечения болезни, а точнее, их отсутствие ей вдруг стало не по себе. Она не представляла, что это все настолько серьезно. Вернее, слово серьезно, в данном контексте не подходило, страшно, ужасно. Люди умирают, как мухи, не хватает ни врачей, ни среднего медперсонала, ни коек в больницах. Даже возникла нехватка гробов, покойников не успевают хоронить и они подолгу лежат в моргах и даже, как мясные туши, складируются в рефлежераторах. Прочитав об этом, ей даже стало нехорошо.
Рената вдруг ощутила, что ее охватывает что-то вроде паники. Возможно, Виталий был прав, когда хотел запереться в комнате и не выходить на люди. Хотя с другой стороны это тоже не выход, невозможно провести все время в столь жестком заточении. Она бы точно не смогла.
Ренате вдруг сильно захотелось обсудить то, что она только что прочитала с кем-то. Сразу же возник в качестве собеседника Ростик. Но она отвергла его кандидатуру; с ним об этом она непременно поговорит, но позже. А сейчас остается только мать. Рената выключила ноутбук и решительно вышла из комнаты.
Мать она застала в столовой за обсуждением с шеф-поваром меню обеда. Некоторое время она слушала их разговор. Внезапно ее поразило то, что два человека обсуждают тему о том, какую еду приготовить, а в это время во всем мире умирают десятки тысяч людей. Причем, многие их них совсем рядом от них.
Рената вспомнила, что в минутах пятнадцать езды от их дома расположена большая больница. Она случайно слышала, что в нее кладут зараженных вирусом. А умерших хоронят на поселковым кладбище. Если она, Рената, тут умрет, то и ее вполне могут закопать на нем.
Софья Георгиевна завершила обсуждение с шеф-поваром и повернулась к дочери.
— Хочешь, Рената, мне что-то сказать? — спросила она.
— Да, то есть, не совсем. Поговорить.
— И о чем же?
Рената замялась.
— О кингвирусе. И вообще, о том, что происходит вокруг.
Предложенная тема для разговора сильно удивила Софью Георгиевну. Кому, кому, а уж Ренате, как ей казалось, это совсем не интересно.
— Ты, в самом деле, желаешь это обсудить?
— Да, — уже тверже подтвердила Рената.
— Хорошо, — согласилась Софья Георгиевна. — Пройдем в каминный зал, там уютно. Мне во всем доме эта комната нравится больше всего.
Они расположились возле камина в удобных креслах.
— Так, о чем ты хотела поговорить? — спросила Софья Георгиевна.
— Скажи, мама, это действительно так страшно?
Софья Георгиевна пристально посмотрела на дочь.
— Ты имеешь в виду вирус и его распространение?
— Да.
— Такой беды я еще не припомню. Были разные эпидемии на моем веку, но чтобы такого масштаба…
— И нельзя остановить эпидемию?
— Пока не получается. Нет лекарств, нет вакцины. Никто же к этому не готовился. Эпидемия застала всех врасплох, словно внезапное нападение.
— Но неужели все так безнадежно, мама! — воскликнула Рената.
Софья Георгиевна невольно вздохнула.
— Вирус очень вирулентный и опасный, он поражает разные органы. И заранее никто не способен предсказать, чем заболеет зараженный. Это может быть дыхательная система, а может, эндокринная. А может, еще что-то. Как врач я сталкивалась с разными его проявлениями. Многие умирают быстро, всего за несколько дней.
— И им невозможно помочь?
— В отсутствие действенных препаратов сложно. Многое зависит от ухода за больным, если за ним никто не следит, шансы на летальный исход у него больше.
— Но почему никто не следит?
— В день могут госпитализировать несколько десятков человек, а то и целую сотню. Не хватает ни врачей, ни сестер, ни нянечек.
— Мама, но почему тогда ты не в больнице, а здесь? Сама же говоришь, врачей не хватает.
Софья Георгиевна снова посмотрела на дочь. По ее лицу было заметно, как ей не хочется отвечать на этот вопрос.
— Я, как ты знаешь, не эпидемиолог, ни вирусолог, а кардиолог. А на сердце вирус не влияет. По крайней мере, такие случаи пока не выявлены. И, кроме того, отец настоял, чтобы я укрылась тут.
— Но ты же могла не согласиться с ним.
— Ты хочешь, чтобы я заразилась и умерла на боевом посту?
— Нет, — смешалась Рената. — Но ведь врачей не хватает. Я читала в Интернете, многие медики других специальностей тоже лечат больных вирусом.
— Скажи, Рената, почему ты завела этот разговор? Тебя Ростик настроил против меня?