— Девочка моя, мы с отцом Варламом пришли проводить обряд. Я буду свидетелем, так положено. Ты не возражаешь?
— Мне все равно, — едва зашевелила Ренату губами.
— Мне надо убрать из комнаты все, что тебе сейчас не будет нужным. Потом я все верну на место.
Рената посмотрела на мать долгим взглядом и кивнула головой. Софьи Георгиевны стала складывать вещи в захваченную ею с собой большую дорожную сумку. И пока она этим занималась, отец Варлам стоял в стороне и молча наблюдал за происходящим.
Софья Георгиевна закончила собирать вещи, вышла из комнаты и поставила сумку в коридоре. Затем вернулась.
— Я все сделала, — доложила она.
— Хорошо, — произнес священник. — Мы начинаем. Сядьте в том углу, — показал он рукой, где ей сесть, — и пока я проводу отчитку, я приказываю вам молчать и ничего не предпринимать, чтобы тут не происходило. Вам все понятно?
— Да, — тихо ответила Софья Георгиевна. Она села на указанный стул.
Отец Варлам какое-то время наблюдал за ней, затем резко отвернулся и двинулся к Ренате. Он сел напротив нее.
— Чтобы начать отчитку, я должен убедиться, что вы действительно одержимы бесом. Говорите мне только правду.
— Хорошо, — произнесла Рената.
— Что заставляет вас применять наркотик?
— Мне трудно ответить, я не знаю, это какая-то сила внутри меня. Я вдруг ощущаю, что мне безмерно хочется это сделать.
— И нет возможности сопротивляться искушению?
— Очень трудно. Сначала я пыталась, но у меня это плохо получалось. А теперь уже не хочется.
— Когда и почему возникает такое желание?
— Оно может появиться в любой момент, я не могу понять, почему это происходит. Но если я нервничаю, то мне хочется это сделать почти всегда.
— Что происходит с вами после приема кокаина?
— Мне становится хорошо. — Рената несколько мгновений молчала, затем ее словно прорвало: — мне очень хорошо, только тогда мне и бывает по-настоящему хорошо! — закричала она. — И я не хочу, чтобы это прекращалось. Оставьте меня, уйдите! — Ренатой явно овладела истерика.
Софья Георгиевна вскочила со стула, чтобы броситься на помощь дочери, но ее буквально пригвоздил к месту, взгляд священника. Отец Варлам так посмотрел на нее, что она невольно замерла и снова села.
— Да, это бес, — вынес вердикт отец Варлам. — Без его изгнания не обойтись. — Он положил ладонь на голову Ренаты, и она сразу же успокоилась. Только поникла. — Ты готова? — спросил ее священник.
Рената как-то безнадежно кивнула головой.
— Ты должна мне об этом сказать членораздельно, — потребовал отец Варлам.
— Готова, — снова едва шевеля губами, проговорила девушка.
— Приступаем. Все мы хотим видеть солнце, море и горы, быть здоровыми. Но для того нужно жить по Закону Божьему. А Закон Божий не все знают, а очень многие и не хотят знать. Иисус посылает демонов как бич, чтобы наказывать им грешников. Они овладевают теми, кто блудит, курит и пьет. И кто принимает наркотики. Спасение от демонов и нечистых сил — праведный образ жизни и молитвы. Важно не только изгнать из себя нечисть, но и не пустить ее в тело и в душу снова. У тебя дергаются глаза, а это верный признак наличия злого духа. Ты это ощущаешь?
— Да, — ответила Рената. — Я что-то такое чувствую.
— Сиди молча и по возможности неподвижно, — приказал священнослужитель. — Сейчас я постараюсь поговорить с твоим бесом. Ты не должна мне мешать.
— Я постараюсь, — пообещала Рената.
— Бес, почему ты вселился в эту женщину? — задал вопрос отец Варлам. Некоторое время он сидел неподвижно, затем пристально взглянул на Ренату. — Он вселился потому, что ты не человек, а всего лишь одна его оболочка. Внутри все пусто в тебе, вот он и занял твое тело и диктует тебе поведение. Бес, ты же понимаешь, что убьешь ее? — Священник снова замолчал, слушая неслышимый ответ сущности. — Ему нисколько не жалко тебя, он считает, что твоя смерть — это даже и не смерть, потому что ты не живешь, а лишь существуешь. А существование — это не жизнь. Поэтому он приучил тебя к наркотикам, чтобы быстрее ты бы завершила свой земной путь. Теперь ты понимаешь, чем тебе это грозит?
— Да, — скорей не сказала, а пискнула Рената. Еще никогда ей не было так страшно, как сейчас. Хотя чего она так боялась, ей было трудно определить.
— Сейчас я прочту молитву Николаю Чудотворцу о здравии, — сказал отец Варлам. — «О всесвятый Николае, угодниче преизрядный Господень, теплый наш заступниче, и везде в скорбех скорый помощниче, помози мне, грешному и унылому, в настощем житии, умоли Господа Бога, даровати ми оставление всех моих грехов, елико согреших от юности моея, во всем житии моем, делом, словом, помышлением и всеми моими чувствы; и во исходе души моея помози ми окаянному, умоли Господа Бога всея твари Содетеля, избавити мя воздушных мытарств и вечнаго мучения, да всегда прославляю Отца, и Сына, и Святаго Духа, и твое милостивное предстательство, ныне и присно, и во веки веков. Аминь!». — Внезапно священник резко встал со стула. — Изыди, сатана! — зычно потребовал он. — И забудь путь в это тело. Не смей никогда больше приближаться к нему.