Эльза проснулась от того, что стало нечем дышать. Мгновенно рука зашарила, нащупывая кинжал, который она предусмотрительно положила рядом, как говорится, на всякий случай. Да даже в замке она спала с оружием, так как убийц вполне хватало, которые по разным причинам желали уменьшить численность родственников Гарри.
Девушка ткнула раз, другой. Следом за этим послышался треск разрезаемой ткани, в воздух поднялись перья. Одеяло наконец перестало её душить, как и простынь. Но вот ткань от балдахина трепетала будто на ветру, пытаясь дотянуться до человека, как собственно и тяжёлые шторы.
Буквально скатившись на пол, поднимаясь на ноги, Эльза осмотрелась, ожидая увидеть колдуна, но комната на удивление оказалась пуста. Что же тогда стало причиной всего этого волшебства?
«Никак иначе магия, которой буквально было пропитано всё вокруг. И не просто магией, а тёмной». И чтобы убедиться в этом, девушка сотворила в воздухе знак солнца, который загорелся оранжевым цветом, после чего почернел, потухнув окончательно. Это означало лишь одно, что действительно здесь и сейчас происходило нечто тёмное, противозаконное. Узнай об этом в храме света, колдуну не избежать горения на костре.
Позабыв про скомканную мокрую одежду, Эльза выскочила из комнаты в коридор, держа наготове кинжал. Все двери на втором этаже хлопали, а гобелены содрогались в припадке ярости и нетерпения. Свечи на стенах гасли, а потом вновь зажигались, чтобы потухнуть.
«Боги! Что же здесь происходит?»
Девушка скатилась на первый этаж, лихорадочно осматриваясь. Её взор наткнулся на дверь, когда та открывалась и закрывалась на мгновение, за которой находилась человеческая фигура.
«Сейчас я тебе выпущу все твои потроха», — подумала она с кровожадной усмешкой.
Проскользнув внутрь кабинета, Эльза замерла, уставившись на высохшее тело за широким столом, которое принадлежало древнему старику с длинными усами и седой бородой. Тот находился в окружении многих магических книг, каких-то трактатов. На стенах были начертаны различные волшебные знаки.
«Мертвяк», — поморщилась она от отвращения, хмурясь.
Но фигура вдруг пошевелилась, громко закашлявшись. Некогда голубые глаза уставились с усталостью и болью на девушку.
«Да он ведь живой, свинья этакая!»
С другой стороны, сколько ходило случаев о том, как ожившие мертвецы нападали на селения и даже подбирались к замковым стенам. Обычные стрелы их не брали, так что приходилось просто сжигать, перед этим облив маслом. Но здесь совсем иное. Хотя старикашка и выглядел, как какой-нибудь труп, но все-таки являлся живым.
— Дитя, — послышался сухой звук от старикана.
Эльза, то и дело оглядываясь назад на случай опасности, приблизилась с осторожностью к старцу, останавливаясь в паре шагов от него, чувствуя неприятный резкий запах, который исходил от тела.
— Если ты удумал, старый пень, со мной играть, то не советую тебе этого делать. Ты просто не в курсе, кто мой муж. Так что бросай всю свою магию, и запихивай её к себе в задницу.
Девушка любила иногда ругнуться, словно какая-нибудь простолюдинка, но так, чтобы не слышал Гарри. Ругательства являлись эхом прошлого, так как отец Эльзы обожал сквернословить, не стесняясь маленькую дочку.
— Я бы и рад, но похоже действительно на этот раз я доигрался.
Старик громко блеванул на стол сгустком крови и частью своих почерневших дымящихся внутренностей.
— Призвав в этот мир демона, я не рассчитал заклинания, перепутав знаки.
Он помолчал немного, облизывая с губ чёрную жидкость, после чего продолжил:
— Признаться честно, я был настолько самонадеян, что проводил заклинание в полупьяном состоянии. Всему виной проклятое вино, которое слишком сильно ударило мне в голову. А иначе я бы был намного осторожнее, находясь в трезвости.
Веки колдуна затрепетали, а откуда-то из недр послышался булькающий звук.
— И это ему оказалось достаточно, чтобы стать всем домом. Теперь он высасывает из меня все жизненные соки, как, собственно...
Кадык колдуна несколько раз дёрнулся на худой шее. Он попытался указать на девушку, но на это просто не хватило сил.
— Не говори чушь, старая ты свинья! Всем известно, что древние существа исчезли навсегда.