— Пойдешь завтра на праздник?
На этот раз Герда так удивилась, что даже смогла ответить достаточно громко, чтобы перекричать ее:
— Какой праздник?
— Ну как же, Имболк. Как можно не знать про Имболк?
— У меня на родине другие праздники, — Герда пожала плечами, но Анка даже не заметила.
— Утром мы будем предсказывать, когда придет весна. А потом готовить праздничный ужин: блины с маслом и лепешки из овсяной муки. И наряжать соломенное чучело невесты. Пронесем его по всем домам, где есть девушки на выданье, а потом уложим в постель из тростника, пригласим наших мужчин и будем плясать всю ночь до упаду. Ну я-то не буду, у меня Гуда и муж, но у тебя нет ни того, ни другого, поэтому ты просто обязана повеселиться за нас обеих.
Герда мечтательно улыбнулась, вспоминая давний праздник в Дрисвятах, когда Николя, тогда еще Николас, пригласил ее на танец.
«Клещик-пищалка», — поспешила укорить себя Герда. Сейчас все совсем по-другому: холодный и расчетливый Николя совсем не тот искренний и благородный юноша, который спас их город от Ловца. Да и был ли Ловец на самом деле, если все остальное — обман?
— Так ты пойдешь? — полюбопытствовала Анка.
— Не знаю, — Герда поникла.
— Почему? — смешно надула губы Анка, обижаясь понарошку.
— Мне не с кем пойти.
— А как же Николя?
Герда пожала плечами. Наверняка, он будет сильно занят, разыскивая гулонов. А даже если и нет, то вряд ли снизойдет хотя до одного танца с ней.
— Тогда приходи одна. Поверь, скучно не будет.
— Хорошо, если мастер Николя разрешит...
— Куда он денется? — усмехнулась Анка. — Тогда до завтра. И одень обязательно то синее платье. Оно очень тебе идет.
Герда кивнула и улыбнулась на прощанье. Может, действительно пойти, чтобы немного развеяться? Дома она всегда пропускала праздники, даже побаивалась их из-за навязчивого внимания Вальдемара, но здесь все должно быть по-другому. Лишь бы Николя отпустил.
Охотник показался во дворе усадьбы на удивление рано — еще солнце сесть не успело. Финист тоже направлялся домой после занятий с Майли, которая едва поспевала за его размашистой походкой. Не глядя друг на друга, мужчины одновременно шагнули к двери и ударились плечами. Финист раздраженно скрипнул зубами. Николя быстро уступил дорогу, слишком уставший, чтобы ругаться из-за пустяков.
Ужин еще не был готов, и все, замученные и хмурые, разбрелись по комнатам. Герда, заметив, что Николя идет в библиотеку, последовала за ним, надеясь поговорить наедине.
— Удалось что-нибудь узнать? — робко поинтересовалась она, когда Охотник обернулся к ней.
— Ничего определенного, — вымотано ответил Николя. — В лесу обнаружилось несколько пар таких же следов. Они вели на северо-восток, но мы не смогли пойти по ним, потому что началась пурга и все занесло.
— Странно, гулоны обычно ходят поодиночке, — хмыкнула Герда. — А местные о них слышали?
— Нет, но вполне вероятно, что они называют этих демонов по-другому.
— Плохо.
— Да.
Повисла неловкая пауза.
— Я вот нашла... книжку. Тут даже картинка есть.
Герда протянула ему томик "Легенд и преданий", открытый на странице, посвященной гулонам. Охотник быстро пробежался глазами по строчкам.
— Совсем негусто, — хмуро заметил он. Герда указала пальцем на последнюю строчку.
— Здесь говорится, что подробно о нападении гулонов можно прочитать в "Хронике Лапии". Может, она есть в вашей библиотеке? А если нет, то ее наверняка можно заказать в Дюарле.
Николя невесело усмехнулся.
— Если бы это было так просто. "Хроника Лапии" — древнейший манускрипт, описывавший события, которые привели к объединению Стражей. Единственный ее экземпляр хранился в Великой библиотеке Эскендерии, но Голубые Капюшоны сожгли ее до основания, когда город пал.
— Зачем понадобилось жечь библиотеку? — подобное кощунство казалось абсурдной нелепостью. Никто не может быть настолько зол и глуп, чтобы воевать с книгами.
— Порой книги превращаются в гораздо более грозное оружие, чем меч или сильнейший дар Стражей.
— Чем же они могут навредить? — Герда в задумчивости провела пальцем по истертому корешку. Она прочитала так много, но никогда не находила в них, даже самых страшных, ничего угрожающего.
— Тем, что там может быть написана истина, — Николя сел за стол и достал из ящика бумагу, перо и чернильницу. — А против истины даже самая надежная защита бессильна.
Герда пожала плечами и, подойдя к Охотнику, с любопытством выглянула у него из-за плеча. Николя аккуратно копировал изображение гулона.