Сначала всех веселила Долорес своими рискованными анекдотами об одноногом. Но по мере того, как грелка пустела, а смех становился все громче, анекдоты становились все «рискованнее», и Джерри был безмерно удивлен тем, о чем, оказывается, могут говорить между собой девушки! Осудив в душе подобное легкомыслие, Джерри, под бодрящим воздействием спиртного, тут же внес свой вклад в общее веселье, приступив к рассказу анекдотов из своей любимой серии о даме в спальном вагоне. Успех превзошел все ожидания!
От смеха полка ходила ходуном, а сам Джерри разом превратился из «зануды» и «мумии» в «необыкновенно компанейскую девочку», и они с Долорес словно соревновались, у кого анекдоты рискованнее.
— Слушайте, — кричала Дороти, — а дальше еще хлеще!
— И что же? — хихикал Джерри, в одной руке держа стаканчик с коктейлем, другой обнимая; за плечи соседку.
— Ну и вот, а назавтра одноногий ей и говорит… — Долорес состроила забавную мордашку. — «Ты насчет меня не сомневайся! Ноги в этом деле — не главное»!
И Джерри вместе со всеми покатился со смеху. Но, отсмеявшись, прижал палец к губам.
— Тсс, тихо! — И, не договорив, икнул. — Ради бога, простите, но я, по-моему… — Джерри опять икнул.
— О, это лечится в два счета! — закричала Эвелина и, схватив с подноса пригоршню льда, не раздумывая, запустила его Джерри за шиворот. — Очень помогает! — смеялась она.
Икать Джерри и в самом деле перестал, но зато стал кричать и дергаться, как будто это был не лед, а раскаленные угли.
— Ой, — орал Джерри, извиваясь, — Ой, холодно! Ой, зачем за шиворот! — Встать во весь рост, чтобы лед выпал, Джерри, естественно, не мог, и струйки ледяной воды текли у него по спине. — Ой, что вы делаете?!
Ничего особенного они не делали. Просто девушки, смеясь, хлопали его по спине, растирая кусочки льда.
— Ой, не надо! — извивался Джерри. — Перестаньте! Перестаньте, вам говорят! — Он отпихивался руками и ногами, но все вокруг сочли, что он шутит, и с удовольствием ринулись в эту кучу-малу. Положение Джо становилось критическим. — На помощь! — Кричал он. — Спасите! Я больше не выдержу! — Это новая пригоршня льда полетела ему за кружевной воротничок ночной рубашки — На помощь, Джозефина! — От резких телодвижений грудь у Джерри сорвалась, и, встань он сейчас на ноги, все с удивлением обнаружили бы перед собой девушку с бюстом у талии. — Ой, не прикасайтесь ко мне! Оставьте меня, вам говорят! — И слабонервный Джерри ухватился за стоп-кран.
Завизжали тормоза, поезд резко дернулся и остановился, а с седьмой верхней, как горох, посыпались участницы вечеринки. Потирая ушибленные места и не задерживаясь в коридоре, они разбегались по своим полкам и через мгновение, когда из своего купе выскочила растрепанная Красотка Сью, запахивая на ходу халат, в вагоне уже все спали. Лишь на седьмой верхней ходуном ходили занавески, и кто-то возился там и чертыхался.
— В чем дело? — недоумевала Красотка. — Почему мы стоим? Винсток! — привычно закричала она.
Из купе выскочил полураздетый Винсток, уже в брюках, но еще без галстука.
— Что, уже приехали? — Ответом ему было гробовое молчание. Все крепко спали, Джерри вытаскивал лед из-под рубашки с кружавчиками, а Джо и Душечка, крепко, обнявшись, затихли в дамском туалете вагона, пережидая бурю.
Через несколько минут экспресс «Флорида» продолжил свой путь на юг.
Часть III. ФЛОРИДА — РАЙ НА ЗЕМЛЕ
Отель «Ритц» и его обитатели
Красотка Сью так и не узнала ни про вечеринку на седьмой верхней, ни про коктейль из грелки — и оркестр в полном составе высыпался из экспресса «Флорида», когда он прибыл на вокзал этого райского городка — Майами.
Едва выйдя из поезда, Джерри сразу понял, что был недалек от истины, считая, Флориду земным раем. После холодного, продуваемого всеми ветрами, выстуженного Чикаго, его мрачного неба и свинцовых волн озера Мичиган Майами поразило Джерри ласковым солнцем, голубым небом и плеском теплого моря. Правда, злые языки утверждали, что в этом раю бывают ого-го какие ураганы, но в это невозможно было поверить, глядя на безмятежную красоту окружающей природы.
Пальто были спрятаны на дно чемоданов, и даже эти дамские тряпки уже не так сильно раздражали Джерри — в брюках здесь, пожалуй, было бы жарковато, а белые костюмы хорошо продувались снизу, и то, что было в Чикаго минусом, стало во Флориде плюсом. Белые панамки с полями, в которые вырядились они с Джо, тоже пришлись как нельзя более кстати: южное солнце палило немилосердно, и Джерри шумно волновался, что он опять обгорит и покроется веснушками, как «кукушкино яйцо».