Кучер беспокойно оглянулся на Джулию. Та, успокаивающе улыбнувшись, пересела к нему.
Въехав в густую растительность, коляска пошла медленнее. Джулии всегда нравились эти поездки в город. Проезжая мимо переплетения лиан и толстых стволов деревьев, она всегда изумлялась причудливости природы. В такт лошади Джулия и кучер медленно покачивались.
Вдруг резкий звук разорвал тишину. Джулия оглянулась – Ананд, схватившись рукой за грудь, медленно сползал с лошади, которая порывалась встать на дыбы от страха. Кучер, дёрнувшись, заставил свою лошадь взбрыкнуть, от чего коляска чуть не опрокинулась.
- Не тормози! – крикнула Джулия, перехватив повод. – Держи поводья!
Кучер вцепился в поводья и хлестнул лошадь. Она побежала быстрее, испуганная выстрелом и подгоняемая вожжами. Однако, хоть тропа и была достаточно широкой – лошади и телеги миссии протоптали дорогу к городу, однако кочки и ямки заставляли лошадь спотыкаться. Несмотря не то, что кучер её отчаянно хлестал, быстро, как хотела Джулия, она бежать не могла. Лошадь Ананда отстала, когда он вывалился из седла. Джулия оглянулась: Ананд не двигался, зажав в руке повод.
Тут раздался ещё один выстрел, и кучер упал на поводья, заставив лошадь встать на дыбы и остановиться. Джулия попыталась столкнуть его на землю, но кучер был тяжёл для неё и вдобавок мёртвой хваткой держал поводья. Джулия соскочила с места и стала распрягать лошадь, пытаясь одновременно её успокоить. В это время из-за деревьев показался Герберт. В его правой руке дымился пистолет, на плече висело ружьё, за поясом поблёскивал его любимый тонкий кинжал.
- Так-так, наша маленькая Джулия осталась одна, - ухмыляясь, произнёс он, подходя.
Джулия оглянулась. Мельком оглядев Герберта, она снова занялась лошадью.
- Что, Яго, ты настолько трус, что убиваешь в спину из-за угла? – презрительно спросила она, даже не повернувшись.
- А язычок у тебя всё так же остёр. Ничем тебя не проймёшь, - Он подошёл ближе и приставил кинжал к её спине. – А теперь, милая, прогуляемся.
- Зачем? – Джулия повернулась. В её лице не было страха, одно презрение. – Замуж за тебя я не пойду, с кинжалом ты или без. А больше я тебе ни для чего не нужна. Так что, если хочешь убить – убивай тут.
- Нет, дорогая. Хоть это не Елисейские поля, но и тут люди ездят. Я не хочу, чтобы нам мешали. Вперёд.
Он подтолкнул её кинжалом к просвету между деревьями. Джулия пожала плечами и медленно пошла вперёд.
- А я и не знал, какая у тебя красивая фигурка, - злорадно сказал Герберт. – Жаль такую красоту уничтожать.
Джулия никак не отреагировала. Руководимая Гербертом и его кинжалом, она пришла на небольшую поляну, которая с одной стороны обрывалась в никуда и была ограничена валунами. Подойдя к ним, Герберт приказал остановиться.
- Теперь подождём, - ухмыльнулся он.
- Чего? – не поняла Джулия. Её раздражал глумливый тон Герберта и бессмысленное ожидание неизвестно чего.
- Не чего, а кого. Твоего любовника.
- У меня нет любовников, - с холодной яростью произнесла Джулия.
- Это ты так говоришь, - Герберт уселся на валун, поигрывая кинжалом. – Но я никогда не поверю, что вы с этим дикарём занимались только грамматикой и поэзией.
- Дело твоё. Ты и у ангела найдёшь чёрное перо.
- Ты же не ангел. Ты лицемерная шлюха.
- Что ж ты так рвёшься меня окольцевать? Так сильно нужны деньги?
- Вот в этом ты права. После свадьбы ты мне не будешь нужна. Дядюшка в два счёта откажется от твоего наследства – я ему такую сказку про долги твоего батюшки расписал, что он и не подумает принять на себя подобное бремя. Что до церкви… Когда дядюшка официально откажется от своей доли и потребует от тебя изменить завещание, ты это сделаешь. Иначе странный несчастный случай или какой-нибудь фанатик-индус умертвят твоего дядюшку и Элис вместе с ним. Дикие звери в джунглях тоже не редкость. Как и озлобленные индусы. На поезда нападают грабители и, случается, кого-нибудь убивают. В дома заползают змеи. А уж они-то не разбирают кого жалить. Когда ты напишешь завещание, ты случайно оступишься на камнях или лошадь понесёт. Все только скажут, что ты ещё плохо научилась ходить. Вот ноги и не выдержали. Ничего криминального.
- Так вот что ты задумал? Ради завещания держать в заложниках мою семью, а после его изменения – убить меня? А где гарантия, что ты не убьёшь остальных после моей смерти?
- А зачем? Они на твои деньги претендовать уже не будут. К чему они мне нужны?
- Спешу тебя разочаровать. Даже, если я умру твоей женой, тебе ничего не достанется.
- Это почему?
- Я обманула дядюшку, потому что знала, он обязательно проговорится тебе. Я написала завещание в пользу церкви. Видишь ли, они очень нуждаются в деньгах. И всякий несчастный случай не спустят на тормозах, как здешняя полиция, которая не хочет трений между индусами и англичанами. Я предупредила епископов о том, что в любом случае я делю своё имущество между церковными приходами. А то, что я смогу получить в наследство от отца, я планирую отдать Ватикану. Ты понимаешь, что это значит? Ватикан не деревенская церковь. Уж он, если вцепится, то своего не упустит. Я заранее всех предупредила. И они в курсе, что если я попробую изменить завещание, то это не от большой любви к родне.
- Чёрт! – Герберт в ярости стукнул по камню кулаком. – И где оно?
- А зачем тебе оно? Мы же неженаты. Да даже, если бы и были, Ватикан уже предупреждён. Всё же католическая церковь в этом вопросе надёжнее, чем англиканская. По крайней мере, она древнее, а значит, более опытна.