Зайдя в кабинет, Станислав молча велел закрыть за собой вход. Мне стало жутко от мысли, что и тут, и в любом другом помещении клуба проложена столь же тщательная изоляция. Это значит, что бы где ни происходило, никто вне комнаты не услышит, не придёт на помощь… А меж тем настроение Адлера ничем не походило на радостное.
— Хочешь чего-нибудь выпить? — спросил он, подходя к шкафу с баром.
Что он задумал?.. Зачем привёл сюда?.. Хочет отчитать за мой провал?.. В таком случае я лучше выслушаю его претензии на трезвую голову.
— Нет, благодарю, Хозяин, — ответила быстро.
— У нас не Тематическая сессия сейчас. Так что можешь обращаться ко мне по имени, — строго заявил он, доставая из охлаждающего отделения бутылку шампанского и два фужера на высоких ножках с верхней полки. — Я всё-таки думаю, тебе стоит расслабиться.
— Я думаю, мне стоит помыться… — негромко проронила и даже не подумала, что могу своими словами разозлить Адлера.
— Помыться?.. — Станислав оглянулся с озадаченным видом и хмыкнул. — То есть ты даже не хочешь узнать, чем закончилась моя беседа с Оскаром?
— Простите… Я… Я понимаю, что всё прошло не очень хорошо. Мне правда жаль. Это была ошибка. Марина совершенно ничего мне не рассказала. Заверила, что мне лишь надо будет отвечать на звонки и записывать в таблице гостей. Я не думала… Всё получилось спонтанно… Простите, — я тараторила без умолку и в итоге просто закрыла лицо руками, теперь оно горело не меньше, а то и больше моей задницы. — Простите… — снова прошептала сквозь сложенные ладони. — Единственное, чего я сейчас хочу, так это поскорее переодеться и уйти отсюда…
Станислав не сказал ни слова. Он просто смотрел на меня, слушал. Потом достал мобильный телефон и что-то набрал в нём. Наверное, сообщение. Он поставил бокалы на свой стол и открыл бутылку шампанского, плавным движением разлил игристое вино по фужерам, один из них протянул мне.
— Выпей, — приказал Адлер.
Дрожащей рукой я взялась за холодное стекло, сделала глоток. Пузырьки кололись на языке, это ощущение чуть отвлекло от ужасающих мыслей. Хозяин клуба указал мне на кресло. Я села, тут же вцепившись взглядом в фоторамку на столе. Именно из-за неё я придумала своё стоп-слово, которым так и не воспользовалась. А ведь должна была произнести его ещё до встречи с Золотницким. Должна была остановить это безумие ещё в зачатке.
Глядя на рамку, я думала о том, что же там изображено на обратной стороне. Бесполезное угадывание немного смягчало гвалт в душе. Фотография самого Станислава? Его любимого пса? Снимок на память с кем-нибудь из значимых гостей клуба?..
В дверь кабинета постучали. Станислав пошёл открывать. У меня было всего несколько секунд, чтобы узнать ответ на загадку, и я инстинктивно потянулась к рамке.
— Да, спасибо. Через десять минут, — услышала я голос Адлера у входа и тотчас сообразила, что он сейчас повернётся.
Я немедленно убрала руку, так и не успев увидеть изображение.
Дверь хлопнула, раздались шаги. Станислав вырос передо мной со стопкой вещей. Не без удивления я обнаружила, что это мои вещи — джинсы, блуза, куртка, кроссовки, рюкзак. Всё было на месте. Если не считать безвозвратно утраченных трусов, хотя бы одежду мою вернули в сохранности.
— Переодевайся, — велел Адлер.
— Здесь?.. — я беспомощно оглянулась, представив, что теперь ещё предстоит порадовать хозяина клуба новым шоу.
— Ты меня стесняешься? — усмехнулся он, а я покраснела. И вдруг сказал: — Там ванная комната. Можешь и переодеться, и помыться.
Станислав передал мне вещи. Отставив бокал, я обняла стопку своего дешёвого, но такого родного барахла и двинулась в указанном направлении. Открыла чёрную, почти незаметную дверь и очутилась будто бы в другом мире.
Ванная комната Адлера, по моим меркам, напоминала какой-то музей или произведение современного искусства. Здесь была душевая размером с ту комнату, в которой я жила, угловая ванна с гидромассажем, унитаз, биде, двойная раковина вдоль стены — всё нереально сверкающее хромом, стеклом и белым мрамором.
Я невольно охнула и осталась стоять у двери, боясь сделать хотя бы один шажок дальше.
Глава 16
Несмотря на отчаянное желание не просто помыться, а отскрести себя жёсткой мочалкой с головы до пят, я ограничилась лишь умыванием. Холодная вода привела меня в чувства, вернула здравый рассудок. Посмотрев на своё отражение в зеркале, я мысленно смирилась с тем, что сейчас меня ждёт разгром. О требовании денег и вовсе речи не шло — уйти бы отсюда живой и больше никогда ни ногой не ступать даже на эту улицу.