Обернулась, но из-за полумрака едва разглядела лицо. И всё равно поняла, что Станислав находится совсем рядом. Его грудь почти прижималась к моей спине, а горячее дыхание опаляло шею при каждом выдохе. И хотя сейчас на мне было гораздо больше одежды, чем тогда, я почувствовала себя абсолютно голой.
Глава 23
— Вы специально меня пугаете? — вырвалось против моей воли, а вопрос прозвучал скорее, как утверждение.
Кожу у подбородка снова обожгло жаром, когда Адлер произнёс с усмешкой:
— Пугаю? Разве красота может пугать?
— Но вы же понимаете, что я не нахожу здесь ничего красивого.
— Правда? Тогда почему же продолжаешь так зачарованно смотреть?
К своему стыду, я осознала, что и тут Станислав не ошибся: глаза мои прочно приклеились к происходящему на сцене. Как и прошлой ночью, в том жутком тоннеле, я смотрела и не могла оторваться от зрелища. И женщина в чёрной облегающей одежде, и её партнёрша с обнажённой спиной самозабвенно предавались действу — каждая в своей роли. Домина нещадно била свою жертву, а жертва… получала удовольствие.
— Если даже я на что-то смотрю, это ещё не значит, что мне нравится, — наконец, нашлась я с ответом.
— В таком случае можно просто закрыть глаза, — выдохнул Станислав. — Или отвернуться…
Я действительно закрыла глаза на несколько секунд, а потом вновь открыла: шоу продолжалось. И мне правда хотелось за ним наблюдать, но я заставила себя увести взгляд и оглянулась к Адлеру.
— Не понимаю, зачем они это делают.
— Очевидно, что для собственного наслаждения, — легко отозвался он с коварной улыбкой. — Просто не у всех хватает духу признаться себе в своих тайных желаниях. А тайные желания есть у любого человека.
— Вот и нет, — возразила негромко и не очень-то уверенно. — Тут вы ошибаетесь.
— Почему же?
— Потому что не можете говорить за всех.
Станислав одарил меня снисходительной улыбкой, от которой колени мои едва не подкосились.
Я сама себя окончательно перестала понимать в тот момент. В глубине души знала, что он прав, но отказывалась легко соглашаться. Мне будто было необходимо расстояние между нами, хоть какое-то — если не физическое, то моральное, где я и Адлер не можем находиться на одной стороне. Я была обязана сопротивляться. А он… Он словно видел меня насквозь и тут же сметал начисто все мои слабые попытки выстоять.
— Хочешь сказать, что у тебя тайных желаний нет? — продолжал он наступление.
— Нет, — заявила с максимальной твёрдостью, на какую только была способна.
— Ты врёшь. И я легко могу это доказать, — Станислав наклонился ещё ближе к моей шее так, что между его губами и моей кожей почти не осталось пространства. — Когда я тебя бил, ты возбуждалась. Твоё тело говорило красноречивее любых слов.
— Мне пора, — резко выпалила я и попыталась скорее уйти, при этом не встретившись глазами с Адлером.
Лицо жгло от пылающего румянца. Я боялась, что даже впотьмах Станислав способен разглядеть столь явные признаки смятения.
Однако уйти мне не удалось — Адлер тут же преградил мне путь.
— Мой перерыв заканчивается, — чуть ли не взмолилась я, прибегая к самому здравому аргументу: — Артур будет недоволен, если я не вернусь вовремя с перерыва.
— Артур не посмеет ничего тебе предъявить, если ты задержишься по моей просьбе.
— Чего вы от меня хотите? — новый вопрос прозвучал даже агрессивно.
Я всё-таки встретилась взглядом со Станиславом, что уже можно было считать поражением с моей стороны. И всё же я кое-как держалась.
— Хочу познакомить тебя кое с кем.
— С кем же это?..
— С тобой, — ответил он дерзко. Его ладонь мягко прошлась по моим волосам, струящимся от виска к ключице. — Ты сама себя не знаешь, Аника.
— Да с чего вы взяли?..
— Вижу, — каждое слово Адлера пригвождало меня к полу, но я отчаянно не сдавалась, отказываясь ему уступать.
— Вы слишком много на себя берёте.
— А ты слишком боишься заглянуть в собственную душу.
— Ничего подобного.
— Тогда давай попробуем ещё раз, — он придвинулся вплотную, заставляя меня тем самым высоко задрать голову.
— Я не понимаю. Что вы предлагаете?
— Ещё одну БДСМ-сессию, — проговорил почти по слогам. — Со мной. Только ты и я.
— Ну, уж нет, — я чуть не выкрикнула это, но горло настолько пересохло, что звук вышел хриплый и сдавленный.
Снова попыталась обойти Адлера, и снова он оказался намного быстрее.
— Я не нарушу твоего табу, — требовательно сказал он, загораживая мне проход. — Если ты только сама не пожелаешь его нарушить.