Его ласки стали откровеннее. Он пробрался рукой под мой свитер, нащупал сосок и скрутил с силой. Я вскрикнула, но Станислав не дал крику звучать долго. Отпустил мою грудь, стал целовать шею. Затем я почувствовала его губы на другом соске и застонала в блаженстве.
Немного очнулась, когда ощутила, что Адлер расстёгивает пуговицу на моих джинсах.
— Нет… — прошептала отчаянно. — Не надо…
— Правда? — раздался вкрадчивый шёпот Станислава, пока он одновременно расстёгивал молнию.
— Не надо, пожалуйста…
Его рука нырнула мне в трусики, и я в изнеможении закусила губу.
— Не слышу стоп-слова, — прорычал Адлер. — Значит, не считается.
Он мгновенно ощутил, насколько слова мои противоречат моим же реакциям. Я уже давно текла самым бессовестным образом. Станислав стал растирать смазку по всему моему лобку. Намеренно задевал клитор, ласкал, терзал, ещё сильнее распалял меня.
Вцепившись в его пиджак, я завыла от наслаждения и осознания своего полного провала. Адлер вновь завладел моими губами, продолжая доводить до пика экстаза.
— Кончи для меня, девочка, — шептал он в коротких перерывах между поцелуями. — Мне нравится, как ты кончаешь.
Я извивалась в его объятьях, то ли всё ещё силясь оттолкнуть, то ли оттого, что руки уже не слушались меня. Цеплялась за его волосы, одежду, лицо. Ему не нужно было меня просить. Оргазм уже был неизбежен. И на последнем аккорде, когда дыхание перехватило начисто, Станислав ещё больше усилил ощущения, прихватив мне горло.
Я рассыпалась на миллиард искр. Сознание покинуло меня на какое-то время, пока я плавала в этом безграничном блаженстве.
Тем временем Адлер взял мою руку и уложил на свой член. Я впервые ощутила его в своих ладонях и подивилась тому, как он мог тогда уместиться внутри меня. Станислав стал управлять моей рукой. У самой сейчас бы не хватило ни сил, ни координации. Но мне нравилось, что я тоже могу доставить ему удовольствие. Мне и раньше этого очень хотелось. Ещё в ту ночь, когда я удовлетворяла прихоти Золотницкого, эта фантазия прочно поселилась во мне. Теперь я воплощала её в жизнь.
Через некоторое время мой взгляд прояснился. Я смогла разглядеть глаза Адлера — подёрнутые туманом и в то же время сосредоточенные. Он не отводил взора, а я смотрела только на него. И опять возбуждалась о того, что ему хорошо. Мои руки уже начали понемногу двигаться самостоятельно. Кажется, мне удалось поймать нужный ритм.
Станислав поцеловал меня. Одна рука объяла мою шею, вторая зарылась в волосах. И вдруг он разорвал поцелуй и надавил мне на затылок, заставляя склониться над его пахом.
— Я хочу кончить тебе в рот, — услышала его хриплый голос.
Внизу моего живота вновь потяжелело, заныло. Я тоже этого хотела. Хотела, но боялась себе признаться. А сейчас, наверное, просто слабо соображала, чтобы ещё в чём-то сомневаться.
Обхватив губами упругую головку, я ощутила вкус мужской плоти. И в этот раз мне не было ни страшно, ни противно, как в тот раз, когда Золотницкий запихивал свой член насильно. Теперь я тоже испытывала какое-то ни с чем несравнимое удовольствие, понимая, что мужчина, которого я люблю всем сердцем, кайфует от моих ласк.
— Да, вот так… — выдохнул Станислав едва слышно.
Я даже не задумывалась, как и что делать. Движения происходили будто бы сами собой. Меня вело одно лишь желание доставить своему возлюбленному максимум приятных ощущений.
Адлер стал слегка подаваться бёдрами мне навстречу. Я поняла, что он сейчас кончит. И ждала этого мига с нетерпением, волнением, сладостным предчувствием чего-то по-настоящему особенного.
И всё-таки испугалась, когда горячая сперма выстрелила мне в рот. Попыталась отстраниться. Но Станислав удержал, заставил держать головку во рту до самого финала. С моих губ уже стала стекать его сперма вперемешку с моей слюной. Ротовая полость заполнилась до предела, а Станислав всё кончал и кончал, вцепившись в мои волосы. Мне пришлось глотать его семя. И покуда я не проглотила всё до капли, он так и не отпустил. Лишь после этого разжал пальцы.
Я медленно поднялась, не понимая, то ли я кончила вместе с ним только что, то ли сейчас со мной случится очередная истерика от осознания, что опять натворила.
Станислав посмотрел мне в глаза. Хотел что-то сказать всё ещё слабыми пересохшими губами. Но вдруг позади меня раздался громкий треск. Прямо в автомобильное стекло влетел камень, тотчас оставив в окне колотый след, от которого расползлись трещины.