Настроение становится лучше, когда попадаю на закрытую выставку Огнева. Сперва меня терзают недобрые предчувствия. Решаю, что если ситуация вдруг начнет накаляться, то найду повод раньше уйти.
Медведь доводит до такого состояния, когда везде и всегда автоматически ожидаешь подвоха.
Однако Огнев держится в стороне. Мы обмениваемся формальными приветствиями. Еще несколько вежливых фраз — и все.
Предложения у него действительно интересные. Обсуждаю возможный контракт с одним из его представителей на выставке. Ничего из ряда вон выходящего тут не происходит.
Если не считать момент, когда во время обсуждения вероятной сделки, ловлю взгляд Огнева на себе.
Он не подходит. Ничего не говорит. Ничего не делает.
Поэтому я держу данную ситуацию в голове, но не придаю ей особого значения. В конце концов, нет смысла себя накручивать.
Мне могло просто показаться. Верно? И даже если нет, один взгляд еще не значит ровным счетом ничего.
Медведь делает из меня истеричку. Может, у них с Огневым конфликт, но мне этот человек ничего плохого не сделал. А для нашей клиники сотрудничество с ним выгодно. Я тут по работе.
Домой возвращаюсь в приподнятом настроении. Собираюсь набрать сестру. Однако переступив порог квартиры и на автомате захлопнув дверь, чувствую что-то не то.
Будто…
Нет, глупости, мне просто чудится.
Набираю Лену, но она не отвечает. Откладываю телефон. Ладно, сейчас быстро приму душ и наберу снова.
Сбрасываю пиджак. Начинаю расстегивать блузку.
И замираю.
Запах кофе. Такой явный, словно кто-то лишь недавно включил кофе-машину. А дальше следует какой-то звук на кухне.
Шагаю вперед механически. Застываю на пороге комнаты.
Моргаю. С трудом. Не могу поверить, что это реально происходит. Медведь стоит посреди кухни. Небрежно привалившись бедрами к столешнице.
Он держит чашку кофе. Наблюдает за мной с невозмутимым видом. Одна секунда — и он делает глоток.
— Ты что здесь делаешь? — вырывается у меня вмиг севшим от волнения и возмущения голосом. — Ты что такое…
— Кофе решил выпить, — следует небрежный ответ.
Будто все это в порядке вещей. Нормально. И никаких вопросов у меня вызывать не должно.
42
Медведь делает еще один глоток кофе. Вид у него абсолютно спокойный. Невозмутимый.
Он даже бровью не ведет, а меня начинает потряхивать. От его наглости дыхание перехватывает.
Нет, тут уже какой-то новый уровень. Запредельный.
Сейчас такое чувство возникает будто это я к нему в гости зашла. А не он вломился в чужую квартиру.
Слова не идут с языка. Но я все-таки беру эмоции под контроль. Мой голос почти не срывается, когда выдаю:
— Это чужая квартира.
— Я тебе предлагал жить в отеле, — заключает Медведь. — Ты сама отказалась.
Будто это все объясняет.
— Ты, — замолкаю, нервно взмахиваю рукой, до сих пор не могу прийти в себя из-за нашей неожиданной встречи с трудом перевожу дыхание из-за гремучей смеси тех чувств, которые меня переполняют. — Знаешь, на этот раз ты уже все границы перешел. Ты не просто преследуешь. Ты уже в чужую квартиру проник. Это противозаконно. Ты вообще, понимаешь, что творишь?
Он смотрит на меня молча. На его лице не отражается буквально ничего. И от такой реакции накрывает еще сильнее.
Медведь холоден. Во всяком случае — внешне. А у меня все бурлит.
— Я заявление напишу, — выдаю. — В полицию.
Ноль отклика.
Не похоже, будто мои слова хоть как-то его задевают.
Он меня слышит? Начинаю сомневаться.
— Ты как сюда попал? — вырывается новый вопрос, опять не получающий никакого ответа.
Замки целые. Дверь была закрыта.
У него что, ключи есть? Откуда?
Ладно, с этим потом разберемся. Сейчас мне надо выставить этого охамевшего мерзавца из квартиры.
Сам уходить он не намерен. Делает очередной глоток кофе с нарочито небрежным, расслабленным видом.
Но что-то здесь не так.
Ну то есть здесь все не так. Это ясно. Он не имел никакого права сюда вламываться.
Однако моя кожа покрывается ледяными мурашками. И возникает впечатление, будто каждый волосок на теле теперь дыбом встает. От неясной тревоги.
Взгляд у Медведя какой-то другой. Не то, что обычно. Само выражение в его глазах неотвратимо меняется.
— Уходи, — говорю и внутри нарастает безотчетная паника.
Мысли спутываются. Невольно повторяю:
— Это незаконно. Заявление напишу.
Сама не замечаю, как делаю несколько шагов назад. С каждым новым глотком кофе, который он совершает. Осознаю это, только уперевшись спиной в косяк двери.