— Что? Какой суд?
— Ну а как еще? Думаете, такой человек станет делится своим капиталом? Нет, конечно. Богатые потому и богаты, что умеют считать каждую копейку. Вам нужно будет его слегка… прижать. Но вы имеете на это все права. Любой тест подтвердит, что вы его дочь. Так же как и любая экспертиза покажет, что все документы подлинные. Правда на вашей стороне, Мария. И после того, как этот тип цинично обошелся с вашей матерью. Разве вы не хотите получить моральную компенсацию? Ну… в память о ней?
+++
дарю вам промо на "Единственная для Хана". Если не успели забрать промо, то сегодня на эту книгу крутая скидка!
0vptHAP6
Книга https://litnet.com/shrt/2vLm
50
Голова идет кругом от потока информации.
Отец-олигарх. ДНК-тест. Это все звучит как дурацкий сериал на центральном телеканале.
Бред полный.
Но тут меня цепляет его фраза про маму. «Цинично обошелся». Как это понимать?
Детектив все же замолкает. Вероятно, по выражению моего лица понимает, что нужно сделать паузу.
Вообще, надо начать с того, что любое слово может оказаться ложью. А может и весь этот рассказ такой.
Он настолько уверенно рассуждает про доказательства, которые нашел, будто никаких сомнений быть не может.
Но я совсем не уверена в его профессионализме. Просто в голове не укладывается. Еще и все эти рассуждения на тему того, как бы вытянуть из Белоцерковского побольше денег.
— Откуда у вас вся эта информация? — спрашиваю прямо.
— Ну я не могу раскрывать свои источники, — кривится. — Сами понимаете, закрытые данные очень ценятся. Мне пришлось глубоко копнуть.
Ясно. Начинает юлить.
— Извините, но вы серьезно считаете, будто я поверю в такую сказку? — выдаю дальше. — Будто я тайная дочка олигарха? Еще и… такого?
Белоцерковский слишком крупная фигура. Потому подобный «сюжет» звучит особенно фантастически.
Но может на то и расчет? Шокировать меня? Втянуть в какую-то мутную схему?
— Мария, вы же видите документы, — как будто даже обижается он на мое неверие.
— Вижу, но я не эксперт, не могу определить их подлинность.
— Послушайте…
— Я уже достаточно послушала, спасибо, — киваю и поднимаюсь. — Оплату вы получите, как мы договаривались. Прошу вас больше меня не беспокоить.
— Постойте… — пытается меня задержать и вдруг заявляет: — Учительница вашей матери.
— Что?
— Первая учительница вашей мамы. Елизавета Аркадьевна. Она была ее классной руководительницей, и практически заменила ей мать.
Это имя действительно мне знакомо. В записях мамы мелькало. И я сама помню, как она его называла несколько раз.
Стоп. А я ведь звонила этой женщине несколько лет назад, говорила с ней. Но о моем отце она ничего не знала.
Или просто не стала говорить?
Моя бабушка рано умерла. Маму воспитывал ее отец. Достаточно жесткий, черствый человек. Военный. Он умер, когда она училась в универе.
В общем, сложилось так, что для мамы куда ближе стала ее школьная учительница.
Но как это все связано с документами?
В любом случае, что бы это ни был за трюк, но он срабатывает, и я опускаюсь обратно на стул.
— Вы можете нормально объяснить? — спрашиваю.
— Пытаюсь, но вы так нервничаете, что немного сбиваете меня с мысли. Я вам честно признаюсь, был уверен, что дело провальное. Время тянул, только бы подольше комиссии получить. Знаете, так можно месяцами запросы по разным архивам кидать, всякой ерундой заниматься.
Ну это я подозревала.
А теперь, выходит, что-то сработало?
— Потом я решил поехать в родной город вашей матери. Туда, где она в школу ходила, в универ поступила. Времени много прошло. Но некоторые учителя еще с тех пор остались. Там, на месте, я и выяснил, что ваша мама вышла замуж за Белоцерковского. Ну он тогда еще не миллиардер был. Даже не миллионер. Он только обороты набирал. Хотя на городском уровне его фамилия уже ого-го как гремела. Выгодный жених был. Многие по нему умирали. Но он выбрал вашу маму. Говорят, реально любил. Страшные вещи творил, когда она от него уйти хотела. Это все сплетни. Доказательств, разумеется, нет.
— Вам всю эту информацию Елизавета Аркадьевна сообщила? — не выдерживаю. — Мне она ничего такого не говорила.