Дорога до лифта и дальше — по коридору. Все через пелену. Когда оказываюсь в своей машине, то стараюсь выждать, прежде чем хоть немного собираюсь с мыслями.
Перед глазами так и стоит полыхающий взгляд Медведя. Его оскал. И мне кажется, задыхаюсь. От дыма сигарет. От эмоций, которые вихрем проносятся внутри.
Предложение недвусмысленное.
Он хоть прямо ничего не сказал. Но с другой стороны все остальное буквально вопило о том, что ему нужно. Буквально с нашего первого столкновения. Стоило бы сразу догадаться. Единственный путь получить его помощь — предложить себя.
Щеки горят. Ощущение словно подскакивает температура. Сжимаю поверхность руля и разжимаю, пробуя сосредоточиться.
В ушах набатом звучит его внушительное — «Подумай».
А о чем тут думать, если Лена моя сестра? И сейчас она находится во власти какого-то отбитого урода. Времени нет. Остается только наступить себе на горло. Приехать ночью к Медведю.
Надо же, как складывается моя жизнь.
Все точно как он прежде говорил.
Сама к нему приползу.
Все как он и хотел. Все, как ему нужно.
Глаза предательски щиплет. И кажется, не смогу пошевелиться, не то чтобы завести двигатель и выехать на дорогу. Но сейчас мне нужно собраться. Добраться до дома. Привести себя в порядок. И приготовиться к вечеру.
Если к такому, конечно, можно как-то приготовиться.
Пока что меня всю трясет будто в лихорадке.
Хватит. Нет права на слабость. Действовать надо.
Стоит лишь представить, как себя сейчас чувствует Лена. Одна. Там. С этим подонком. Без капли поддержки.
Выбор не стоит. Сделаю все, что потребуется.
+++
Блядь.
Кто бы мог подумать, что все так удачно сложится.
Охуенно просто.
Мне стоит немалых усилий сдержаться и не спугнуть мою Марию Валерьевну. Уж слишком сильно искушение доступно и подробно ей все объяснить. Так скажем, наглядно показать, что именно надо предложить. Прямо в моем кабинете. Возле стены. На полу. На столе. Где бы я ее только не разложил. Глубоко она мне в башку засела. Ведьма.
Нет, реально, словно что-то на меня навела. Морок какой-то накрыл. Будто сглазила.
Не стоит нихуя на других баб. Как отрезало. И я бы мог посчитать, что резко, сука, на ровном месте стал импотентом. Но на нее хер стоит колом. Даже делать нихуя не надо. Вижу ее — вздергивается.
И необязательно вот так, как сегодня, в моем кабинете. Мне, блять, одной мысли про нее достаточно, чтобы завестись в момент.
Ну не пиздец?
Я бы за ее сестру хоть как вписался бы. Я же начал. Дохуя активности развернул.
Знаю, что Осман в Монако. Еще при посадке в Ницце мои люди пробовали его перехватить. Аккуратно. Но там сорвалось. Близко было, почти сработало, но в последний момент такая херня началась.
Кривлюсь.
В этой Европе всегда так. Демократия нахуй.
Короче, Осману повезло. Ну или это он сам так постарался. Успешно все успел подстроить.
Ладно. Уже не важно.
Другого спеца отправлю. Этот справится. В процессе все. Девчонку вытащит.
Но раз Мария сама пришла. Грех не использовать такой случай.
Нашла еще у кого просить помощи. У Айдарова. Охренеть…
Похер. Решено все. И как бы не складывалось, у нас только к этому и могло все прийти. Не важно, что там с Османом. Что там с ее сестрой.
Я всегда получаю то, чего хочу.
Она будет на моем члене. Расплатится по полной. За каждый вынос мозга. За каждый, блять, раз, когда приходилось дрочить будто одержимый, чтобы от стояка избавиться. И за то, что к другому мужику обратиться хотела, она у меня тоже заплатит.
Жарко. Жестко. С оттяжкой. На всю длину.
60
Чем ближе вечер, тем сильнее тревога внутри. Хорошо хоть сегодня на работу не нужно. Зато завтра ночная смена.
Ладно, о том, что будет потом, сейчас думать не стоит.
Вся как на иголках.
Сначала принимаю душ, словно в надежде смыть все те эмоции, которые мое сознание будоражат. Обычно помогает. Будто разум очищаешь, а струи воды уносят все дурное куда подальше.
Но в этот раз иначе. Не помогает ни душ, ни обжигающий чай. Волнение только растет. В голове закручивается вихрь из дурацких мыслей. Моя расшатанность лишь еще больше становится.
Медведь не сказал, когда именно отправит водителя за мной. Мы с ним вообще время не обсудили.
А что если он задержится на работе? Или ему вдруг придется уехать?
Он вообще может забыть об этой договоренности. Отвлечется — и все. Если Айдарова сейчас нет, многие задачи на нем, то у него хватает своих дел. Зачем ему думать о моих?