С большим усилием я заставляю себя распахнуть глаза.
Собака, уткнувшись носом в мою ладонь, немного поддевает ее своей массивной мордой. Понемногу придя в себя, рассматриваю ее с непозволительно близкого расстояния.
Черная, гладка шерсть лосниться и бликует от света фонариков на террасе. Купированный хвост шевелится из стороны в сторону, пытаясь показать мне свое доброжелательное поведение.
На шее собаки закреплен широкий темный ошейник с большим серебристым медальоном. Дышит часто, это легко заметить по раздувающимся бокам.
Взявшаяся из неоткуда смелость подталкивает меня прикоснуться к собаке. Присев на корточки, я заглядываю в умные глаза и аккуратно кладу руку на ее голову.
Медленное движение вниз. Она насторожена.
Что я творю? Это же совершенно незнакомая собака, еще и бойцовской породы. Ей ничего не стоит перекусить мне руку, которой я осмелилась ее погладить.
Собака переводин на меня умный, но очень печальный взгляд.
- Значит, ты Бакс, - произношу в пол голоса, чтобы не спугнуть.
Собака тут же реагирует.
- Хороший мальчик, - я начинаю чесать его за ухом.
- Идем, идем гулять, - мы спускаемся на мокрый после дождя газон.
Вокруг темно, сегодня включено не все освещение участка, а только садовые фонари, которые дают достаточно света, что бы дорожки были подсвечены.
Бакс идет рядом, будто и правда понимает меня. Внутри все начинает трепетать. Я и собака рядом – это просто немыслимо.
Пройдя по дорожке из гладкого камня, я поднимаюсь в беседку. Остановившись, беру в руки холодную и влажную ткань штор. Заправив их за перекладину, прохожу дальше.
Ветер подхватывает пряди моих волос и играет с ними. Бакс наблюдает за мной, но в тоже время все время смотрит в темноту, туда где разъезжаются массивные железные ворота и въезжает машина хозяина.
Как странно, мы с ним похожи. Эта территория огромна, кажется, вот она свобода. Но это ощущение довольно обманчиво. И Бакс, и я заперты здесь.
Нам не известна территория за пределами этих ворот. Мы вынуждены подчиняться хозяину.
Кстати о хозяине…
Кирилла нет весь день. Пару раз за сегодня попыталась ненавязчиво узнать информацию у Нины Григорьевны, на что она лишь отмахивалась рукой.
Собака начинает нервничать и переминается с лапы на лапу, неотрывно смотря в темноту. Туда, где находятся ворота.
Где-то глубоко внутри проскальзывает мысль, что сейчас что-то произойдет.
Дрожь разбегается по рукам, поднимаясь все выше.
Настойчиво гоню от себя все эти дурацкие мысли. Почему я за него переживаю?
Он бандит, его жизнь подвергается риску каждую минуту. Уговариваю себя, что даже если с ним что-то произойдет, мне не будет до этого никого дела.
Собака подает голос прямо рядом со мной, и я вздрагиваю от неожиданности. Срывается и бежит к воротам.
Как-то сразу становится пусто. Обхватив себя руками за плечи, пытаюсь получше завернуться в плед. Сейчас мне кажется, что я пытаюсь закутаться в тетрадный лист.
Он кажется мне очень маленьким и тонким.
Фары приближающейся машины освещают ворота и дом. Бакс начинает скулить и копать гравий, прыгать на ворота и гавкать.
Медленно покидаю беседку и направляюсь в сторону обеспокоенного пса.
Звук разъезжающихся железных ворот нарушает тишину участка. Машина влетает на территорию, чуть не задев зеркалом край забора.
Перехожу на бег.
Из машины уже выскочили ребята и открыли заднюю дверь.
Да почему сегодня так темно!
В голове одна мысль…
Я точно знаю, кто находится сейчас в машине, но почему он не выходит.
Что случилось?
Прекрасно знала, что такая ситуация может случится в любой момент, но конкретно сейчас я к этому абсолютно не готова.
Бакс начинает прыгать, пытаясь попасть в салон, его практически отшвыривают в сторону.
Руки опускаются безвольными плетями вдоль туловища и плед падает с моих плеч на гравий.
- Боже… - произношу тихо, пребывая в полнейшем шоке от увиденного.
Свет включенных фар обнажает весь мрак этого вечера, а точнее уже ночи.
Чувствую, как что-то горячее скатывается по моей щеке и машинально смахиваю влагу тыльной стороной ладони.
- Что ты там застыла, помогай! – гаркает на меня один из них.
Срываюсь с места и подбегаю ближе.
- Придержи ему голову, аккуратней, - послушно протягиваю дрожащие руки.
Кирилл без сознания. Его рубашка, стала алого цвета.
Бинты, наспех замотанные вокруг головы практически такого же цвета, бровь сильно рассечена и из нее сочится густая кровь. В нос сразу бьет неприятный запах металла. От увиденного тошнота подкатывает к горлу.
Борюсь с позывом рвоты и сгибаюсь пополам.