Собака никак не реагирует. Зову его еще раз, но уже значительно громче.
Не хватало мне еще разбудить весь дом.
- Иди сюда, кому говорю, - пес смотрит на меня в полоборота. Его спокойствию можно даже позавидовать. Подхожу ближе… только бы не начал лаять… пожалуйста.
Тянусь к нему рукой, но тот начинает рычать.
Поднимается на лапы и начинает огрызаться.
Да что с тобой не так.
Ты же только вчера уткнулся своим влажным носом в мою ладони и выпрашивал ласки, а теперь рычишь на меня.
Даже собака думает, что в этой ситуации есть моя вина... это же полный бред...
Повторяю попытку ухватить его за ошейник, но Бакс клацает своей мощной челюстью прямо рядом с моей рукой.
- Да чтоб тебя, - быстро спускаюсь на кухню и открыв дверцу холодильника, быстро пробегаюсь по полкам взглядом.
- Есть! То, что надо! – достав из холодильника кусок ветчины, принимаюсь резать его на несколько ломтиков.
Поднимаюсь обратно и направляюсь к собаке.
На удивление Бакс становится очень управляемым после первого съеденного куска, второй - мы уже на половине пути к лестнице.
В руке остается последний кусок, собака слишком близко со мной, одно движение, и он может кинуться на меня. Сердце гулко стучит внутри.
Только подумав, что победа у меня в кармане, пес разворачивается и направляется обратно.
Не долго думая, я открываю дверь в свою спальню и зову его показывая последний кусок.
Повернувшись, он с ленцой идет ко мне. Дверь открыта, я стою в комнате с куском ветчины, запах мяса пробуждает рецепторы, которые тут же посылают сигнал в мозг.
Меня начинает подташнивать.
В проеме появляется его большая черная морда.
Ну же... давай... заходи...
Движение руки... и кусок летит к окну, собака срывается с места, а я тем временем успеваю захлопнуть дверь.
Ну что ж. Хотя бы не будет слоняться по всему дому.
…
Просыпаюсь я от ужасной тяжести на моих ногах. Открыв глаза, вижу Бакса, мирно спящего на кровати. Пока я пытаюсь аккуратно вытащить ступни из-под собаки, дверь в комнату открывается.
Бакс тут же подскакивает, и начинает лаять, но не на меня.
Нина Григорьевна, не ожидавшая увидеть такое с утра, ой-кает и пятится назад.
- Да вы не бойтесь, - спохватившись, быстро встаю с кровати и пытаюсь согнать с нее пса.
Тот, как ни в чем не бывало, заваливается обратно, свесив передние лапы на край матраса.
- Что он тут делает, он никогда раньше на заходил в дом? - обоспокоено тараторит Нина Григорьевна, косясь на собаку.
Вижу, как она прижимает ладонь к груди в районе сердца.
- Мой косяк, - я тру виски пальцами. Голова ощущается, как железное ведро, по которому хорошенечко дали пару раз и теперь оно звенит. Ну и ночка выдалась. Здесь спокойный день – это роскошь.
- Как Кирилл? – она немного медлит, но потом все же отвечает.
- Без изменений. Но… - Нина Григорьевна делает паузу, - теперь точно все будет хорошо, - на глазах женщины появляются слезы, котором она не позволяет пролиться.
- Прошу, выведи собаку на улицу, пока он не разнес тут все, - Нина Григорьевна неопределенно обводит комнату руками и уходит, плотно прикрыв за собой дверь.
Присев на кровать, задаюсь вопросом. Как-то странно она себя повела, когда увидела меня в постели. И дело тут совершенно не в собаке.
Она как будто и не надеялась меня здесь увидеть.
Думала, что раз Кирилл не в состоянии сейчас решать дела, я сбегу от него?
Бакс подходит ко мне и утыкается своим влажным носом мне в колени.
- Ну и что ты на меня рычал, а? – пес виновато прижимает уши.
Его жалобный вид конечно же меня трогает и я принимаюсь чесать его за ухом, от удовольствия он даже прикрывает глаза.
...
Ближе к обеду все же заставляю себя подняться к Кириллу.
Окна зашторены и в комнате царит полумрак. Здесь тихо, пахнет лекарствами и дорогим парфюмом. Я бы сказала бессовестно дорогим, нишевым парфюмом.
- Ты как? – подхожу ближе.
Выглядит он уже не так болезненно, как вчера. Дышит часто и поверхностно.
- Терпимо, - тихо произносит он, закашлявшись.
- Есть разговор, сядь, - в голосе слышится приказ.
Конечно же выполняю его просьбу.
Мне так думать гараздо лучше... это не приказ, всего лишь просьба, которую я выполняю.
- Слушай внимательно. Надеюсь, ты дружишь с головой, - его тон тихий, но твердый.
- Твоего отца подставили. Все это затевалось не из-за бизнеса.
От услышанного я в падаю в легкую степень шока.
- А из-за чего? – прерываю его, но тут же прикрываю рот ладонью.
- Бизнес ушел на второй план, их цель была ты, - я сглатываю.
- Седой, очень хитрый и опасный. Твой отец правильно сделал, что быстро убрался из города. Но, он знает, что ты у меня. И это плохо. Поэтому, пока мне не станет лучше, сидишь в доме и не отсвечиваешь, поняла меня? – я медленно киваю.