Словно потеряв дар речи, Азанет перевела взгляд на цифию, на Коука, на сопровождавших их охранников… но все они смотрели на мир, распахнувшийся прямо перед ними, так, словно видели лишь очередную серую стену.
В ожидании гостей и командующего, Коук пожелал повторить с Азанет правила этикета, все, что успел объяснить, а зал, между тем, наводнили слуги — мужчины в одинаковой серой форме. Они принесли мебель; длинный стол очень скоро был заставлен всевозможными яствами и напитками, стулья и кресла расставлены по местам… В обстановке общего шума было совершенно не разобрать наставлений Коука!
— Прошу вас, позвольте уйти! — Взмолилась девушка, глядя парсианцу прямо в маленькие черные глаза. — Я не хочу никого подводить, но я… я не готова и это платье…
Вместо ответа Коук испуганно вытаращил глаза и склонился, заставив девушку испуганно обернуться.
Вслед за хмурым, как грозовое облако, командующим До Готтом и седовласым мужчиной, который был почти на голову ниже него, в помещение вошла целая процессия людей, лишь часть которых была Азанет знакома.
Здесь были офицеры, с которыми она уже имела неудовольствие видеться — статный блондин Ун Адд, изуродованный шрамами Вар Аттра и тот единственный, который отказался убить свою цифию — Мон Арро. Чуть поодаль от них шла прекрасная рыжеволосая женщина, облаченная в закрытое, но соблазнительно облегавшее ее фигуру красное платье и молодой мужчина с неприятным одутловатым лицом.
Увидев столько людей, Азанет замерла и опомнилась лишь тогда, когда взгляды всех присутствующих внезапно обратились к ней. Чувствуя, с какой скоростью краска заливает лицо, девушка спешно склонила голову. Согласно правилам, ее полагалось поднять только если ее господин пожелает подойти к ней и взять под руку.
— Титус, да вы настоящий плут! — Воскликнул Валериус До Аннар, во все глаза разглядывая чудо, представшее перед ним.
Невысокая, хрупкая девушка с пышными волосами удивительно темного рыжего цвета, на фоне голограммы с видом на Нарвиби, смотрелась точно диковинная статуэтка на полке с наградами. Ее ладную фигурку подчеркивал черный шелк богатого платья, а пронзительный взгляд небесно-голубых разил наповал своей чистотой.
— Пока я проверял ценности, добытые нашими людьми на планете, вы преспокойно умыкнули самое драгоценное и запросто присвоили себе! — Рассмеялся советник. — Первым же делом по прибытию в столицу нажалуюсь на вас императору!
До Готт шутки не оценил. Также, как и обращения к себе по имени, но сдержанно промолчал. С того самого момента, как он переступил порог зала переговоров, Валериус перестал его интересовать. Советник был совершенно прав — эта женщина выглядела просто великолепно и одно это заставило командующего чувствовать себя лучше, спустя целый час бесконечной, невыносимой светской болтовни.
А теперь и с дурацкой забавой знатных вельмож было покончено — вряд ли кто-то из здесь присутствующих смог бы усомниться в том, что именно цифия До Готта, притягивала больше всех восхищенных взглядов.
Вместо колкого ответа, вертевшегося у командующего на языке, мужчина позволил себе лишь краткую усмешку, когда, он, взяв Азанет за тонкую дрожащую руку, прошел мимо гостей.
Советник До Аннар и командующий разместились друг напротив друга, во главе стола, остальные же расселись как им было угодно. Но, прежде чем все опустились в свои широкие кресла, Азанет вновь приковала к себе взгляды — и виноват в том был снова До Готт.
Подойдя к столу, прежде чем сесть самому, он отодвинул кресло для своей цифии. Спокойно ждал, пока девушка не опустилась в него, робея от прикованного к себе внимания и окутавшей зал тишины. Мужчина же, казалось, и вовсе не заметил того, как в этот самый момент скривился советник Валериус и недовольно поджал губы офицер Ун Адд.
Но это не ускользнуло от Азанет.
«Что же он делает?! Зачем, зачем это все?» — повторяла она про себя вновь и вновь, словно могла найти ответ. Но ответа не было даже в темных глазах командующего — он совершенно не смутился и вел себя так, будто все шло своим чередом. А между тем напряжение за столом стало ощутимым и беседа, которую затеял советник, сразу после того, как слуги в полной тишине наполнили кубки, была лишь его следствием.
— Я слышал, вы не говорите на имперском? — Обратился он к Азанет, на ее родной речи, но с сильным акцентом. — От чего же? Живя в этой звездной системе следовало бы выучить самые распространенные языки.