Три корабля покинули Танатос-4 и под прикрытием собственных щитов направились к захваченной станции. В режиме молчания они опустились ниже линии горизонта станции — две сумеречные птицы сняли щиты, приблизившись к неприятелю снизу и, открыв огонь, ушли от ответа, под ее прикрытием. Тем временем, третий корабль обошел бриг и к моменту, когда тот поднял щиты уже разместил на его корпусе три «посылки» — контейнера наполненных взрывчатым веществом, которое детонирует от контакта с защитным полем. Взрывы на корпусе не вывели бриг из строя, но лишили его щитов и части орудий. Оставшиеся пилот сумеречной птицы уничтожил еще до того, как на защиту материнского корабля направились все остальные. Часть их из тыла расстреляли другие пилоты.
Маневрируя под огнем преследователей, До Готт вывел два из пяти оставшихся штурмовиков на одну линию огня, чем не преминул воспользоваться Ун Адд. Оставшиеся три не пытались бежать, их пилоты, обезумев от злости или и вовсе никогда не действовавшие разумно просто пошли в лобовую атаку, на сумеречную птицу выведшую из строя бриг, чем и подписали себе смертный приговор. Пока До Готт умело лавировал под их обстрелом, Нал Гарра и Ун Адд довершили начатое. Последним штрихом в разыгравшейся баталии стало уничтожение обезоруженного брига. Базгулы не пытались спастись на челноках или сбежать на корабле, хотя двигатели брига все еще были целы, это, разумеется, не имело особого смысла, но и смерть в бою, к тому же, считалась у них единственной почетной.
Единичный, быстро затухший взрыв, отправил обломки корабля базгулов в бесконечное путешествие по космическому пространству. Глядя на них, До Готт замер в нетерпении, прислушиваясь к себе. Он ждал облегчения или удовольствия от победы, от затянувшегося момента отмщения, но в сущности не почувствовал ничего.
Тишина внутри — ни злобы, ни радости. Быть может, только кровь Азгулада Бессмертного на руках смогла бы принести ему долгожданное чувство свободы? От страхов, от унизительных воспоминаний и ночных кошмаров, что мучали вновь и вновь, разрывая на куски сердце, до которого так и не успел добраться людоед. Но что мечтать о том, чему уже быть не суждено.
Титус До Готт до скрипа сжал руки в кожаных перчатках. Безумная вылазка имела совершенно обратный эффект — теперь он был расстроен и даже зол. На себя и свою глупость.
Панель передала сигнал на короткой волне. Это офицер и терций вышли из режима молчания.
— Командующий, горизонт чист, сил неприятеля не наблюдаем. Прикажете вернуться на базу? — Огласил кабину низкий голос терция.
До Готт нахмурился и задумчиво провел рукой по подбородку, принимая решение. Пожалуй, был еще шанс хоть немного поднять себе настроение.
— Не к чему торопиться. Передайте данные по станции, примем решение здесь.
— Есть, сэр. — Отозвался терций и Ун Адд за ним следом.
Сумеречные птицы заскользили вокруг станции, точно косяк акул — сканирование показало отсутствие живых объектов и наличие электромагнитного излучения. Станция была пуста, но функционировала в штатном режиме.
— Командующий, — прохрипел в эфире Нал Гарра, — позвольте высказать предположение?
— Слушаю, терций.
— Станция могла вовсе не оказывать сопротивления, а постреляли ее эти ублюдки просто для развлечения. Командующий, что если она была мертва еще до того, как сюда занесло базгулов? Что если они что-то разнюхали и от того кружили рядом, а на самом деле так и не решились зайти?
— Сигнал S.O.S все еще активен?
— Да, сэр. — Отозвался Ун Адд. — И я, в отличии от уважаемого терция не вижу поводов для беспокойства. Даже если на станции прошла эпидемия, нам нечего опасаться. Костюмы герметичны, а по прибытии на Танатос, мы просто попросим отдельный док и пройдем санобработку. Полагаю, ваш план удался на 100 %. У меня схемы системы безопасности «Илмор Гант», а также пароли. Прикажете начать стыковку? Если да, то рекомендую использовать грузовой люк на третьем уровне — оттуда ближе всего к радиорубке и маяку.