Мужчина словно услышал, замедлил шаг, бросил на нее взгляд через плечо и небрежным жестом показал, чтобы ее вели вперед. Теперь он шел сзади. Ника слышала его тяжелые твердые шаги, и это было еще хуже. Как неотвратимый рок.
Все в душе переворачивалось от этой внезапной несправедливости. Теперь, пока не будет выплачен долг, она – что?! Мозг отказывался принимать.
Но ее уже подвели к огромному дорогущему внедорожнику с тонированными стеклами. Не спеша подошел их хозяин, один взгляд, и те двое сразу отступили, Ника внезапно осталась перед ним одна. Как песчинка в жерновах. А он открыл ей дверь и, чуть склонил голову, проговорив:
- Прошу.
Холодный низкий голос, насмешливая интонация. Казалось, протест ее задушит, а он сказал это и ждал, губы кривились в нехорошей усмешке. Ника молча села на заднее сидение, он сел рядом с ней и закрыл дверь.
Ощущение – как будто захлопнулась ловушка.
Она забилась в угол и уткнулась в окно, боясь лишний раз шевельнуться. Потому что этот человек занимал собой весь салон. Его давящая энергетика, запахи кожи и дорогого металлически холодного парфюма.
Что она вообще знала об этом человеке?
Надо было собраться и вспомнить. Не думать о том, что ее ждет, просто зацепиться хоть за что-то и собраться. Известно ей было очень мало, но и этого было достаточно, чтобы понять, с кем она имеет дело.
Антон Жаров. Если верить тому, что кричали СМИ, только что развелся. Процесс был громкий и скандальный. Что-то с разделом имущества, миллиардные иски.
И у него Виталик что-то украл?! Боже, с кем он вздумал тягаться? Это монстр же способен сожрать всех.
Ей вдруг пришло в голову, что, если долг не будет выплачен... Что тогда будет с ней?
В горле пересохло, стало трудно дышать.
- Выпей, - раздалось неожиданно.
Она вздрогнула и отшатнулась, вскидывая на него взгляд. Мужчина не глядя протягивал ей небольшую пластиковую бутылку с водой. Ника секунду смотрела на его крупную руку, потом молча кивнула и взяла бутылку. Он даже не повернул головы в ее сторону, так и смотрел вперед.
Она в который раз ощутила себя песчинкой в жерновах. Вещью.
Только она не вещь.
***
Казалось, дорога будет бесконечно, но вот они остановились перед каким-то особняком. Ворота открылись, внедорожник Жарова и машина сопровождения въехали внутрь. А там тоже полно охраны и прислуги. К ним сразу бросились какие-то люди, кто-то открыл ему заднюю дверь.
Жаров молча вышел и, не оборачиваясь, протянул ей руку.
Момент истины, да? Новый этап, когда делаешь шаг и нет возврата. Ника уставилась на мужчину, на особняк, огромный и мрачно-помпезный. Нет. Сознание противилось, цеплялось за право выбора.
Тогда он нетерпеливо повторил жест и обронил:
- Быстрее.
Она хотела выйти сама, но ее попытку проявить самостоятельность быстро пресекли. Никто не дал ей выбора. Он попросту подхватил ее под локоть и вытащил. Потом поставил перед собой. Сейчас Нике казалось, что она просто задохнется от протеста. А он медленно, с удовлетворением оглядел ее с головы до ног и не спеша потянул за собой к особняку.
Как раз в этот момент на крыльцо вышла женщина.
На вид ей было лет сорок – сорок пять, может, больше, Нике трудно было судить. Красивая, ухоженная и очень дорого одетая, а главное, умеющая себя подать. Какая-то медиаперсона, мелькнуло в голове у Ники, прежде чем она успела осмыслить.
А женщина увидела их. Взгляд сделался презрительный и колючий, а потом она откинула голову набок и замерла, скрестив руки на груди. Как будто они грязь под ногами. Ника невольно сбилась с шага, но Жаров продолжал двигаться вперед как ни в чем не бывало. И ей пришлось идти рядом с ним.
Идти по плитке было не слишком удобно в длинном платье и на шпильках. Жаров наконец соизволил это заметить и выпустил ее локоть. А сам, не сбавляя хода, стал подниматься на широкое парадное крыльцо особняка. Он почти поравнялся с женщиной. Когда они оказались лицом к лицу, та издевательски бросила:
- Ты все-таки сделал это. Притащил шлюху в наш дом!
На миг Веронике показалось, что ее макнули в дерьмо. Неужели в сети неверная информация про развод, и эта женщина его жена? Она оглохла, ее стало заливать холодом. Такое дно, она оказалась не готова. Зато Жаров и бровью не повел.