И закончил я так:
— Вы должны уйти отсюда и еще раз объяснить своим солдатам, что от них потребуется, когда через несколько дней они отправятся на войну. Это не то, что кто-то из нас хотел бы сделать, да и вообще не хотел бы делать, но мы должны это сделать, если только каким-то чудом этого еще не удалось избежать. Нам в 7-й бронетанковой бригаде очень повезло. Мы проработали вместе два года и собрали команду действительно выдающихся командиров на всех уровнях. С момента нашего прибытия в Саудовскую Аравию мы стали единым целым. Я знаю, что мы справимся со всем, что от нас потребуется, и добьемся успеха. Нам еще предстоит провести некоторые учения в подразделениях; подробностей мы пока не знаем. Но, вероятно, это последний раз, когда мы все вот так собираемся вместе. Я точно не знаю, когда начнется наземные боевые действия, но я желаю вам всем удачи.
В преддверии наземных боевых действий в дивизии было запланировано два сорокавосьмичасовых учения. Они были задуманы отчасти для того, чтобы занять солдат, но также и для того, чтобы еще раз проверить наши методы прохождения через американскую дивизию и минное поле.
Первое из этих упражнений называлось "Марш Дибдибаха", что в переводе с арабского означает "песчаная равнина". Все началось почти трагически: взорвалась самоходная пушка М109 из 40-го полевого полка, а транспортер боеприпасов М548, который шел с ней, был уничтожен. Самым крупным обломком было сиденье водителя. Электрический разряд в башне, по-видимому, привел к воспламенению боеприпасов. Удивительно, но никто не пострадал.
Проведению учений препятствовало ограничение расстояния, которое мы могли преодолеть из-за нехватки запасных частей, а также проблема с расположением, поскольку теперь мы были зажаты между сирийской и египетской дивизиями. Компромиссным решением было провести учения по большому кругу вокруг зоны сосредоточения и закончить примерно там же, откуда мы начали.
Учения "Марш Дибдидаха"
Направляясь к местам сбора, к дорожкам, ведущим к минному полю, я наткнулся на очередь машин, явно не достигших своей цели. Двигаясь вперед, я обнаружил одинокого младшего капрала с красной повязкой на рукаве, который стоял посреди дороги и останавливал каждую приближающуюся машину.
— Подожди здесь, — сказал я Ричарду Кемпу, который стоял в башне рядом со мной. Я слез с "Базофта" и подошел к капралу.
— Что, черт возьми, ты делаешь?
Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, кто я такой, поскольку мой костюм РХБЗ скрывал мои знаки различия бригадного генерала.
— Направляю машины в нужном направлении, сэр, — ответил он голосом человека, который знал, что делает что-то не так, но не был уверен, что именно.
— Тогда, черт возьми, прекратите это. В колонне, которую вы только что остановили, около четырехсот машин. Если вы будете продолжать в том же духе, нам потребуется время, чтобы проехать до следующего Рождества.
— Извините, сэр, но мне сказали…
— Это не твоя вина. Не волнуйся. Но каждая машина должна знать, куда она едет. Все, что вам нужно сделать, это помочь, если кто-то не уверен. Вам не нужно останавливать каждую машину.
— Но я должен сообщать своему диспетчеру, когда мимо проезжает каждая машина.
— О, ради всего святого.
И тут я допустил большую ошибку. Я начал сам регулировать движение, размахивая руками, как Паттон. Мне следовало бы сидеть сложа руки и беспокоиться о гораздо более важных вещах. Это привело меня в дурное расположение духа, чего я снова и снова твердил себе избегать на этом критическом этапе.
В довершение всего, когда я вернулся в свой штаб, мне сообщили о несчастном случае со смертельным исходом в одном из полевых инженерных эскадронов. Сапер Ричард Ройл работал в кузове грузовика, когда уронил свой пистолет-пулемет, и вылетевшая пуля, отрикошетив, попала ему прямо в шею. Это была сокрушительная новость. Он был вторым погибшим солдатом из 7-й бригады. Это наложило очень печальный и неприятный отпечаток на все учение.
Все учения, будь то в преддверии войны или посреди равнины Солсбери, представляют собой компромисс между тем, что вы намереваетесь сделать, и тем, что происходит на самом деле. Ночной переход через минное поле, который мы много раз обсуждали, планировали и репетировали, не прошел гладко. На местах перехода царил хаос, колонны техники терялись и сталкивались с другими колоннами. Этому не помогло и то, что американские гиды сами заблудились и провели колонны 4-й бригады через наши пункты пропуска. Мой собственный танк направлялся не в ту сторону, когда Ричард вмешался и увел нас от проводников. Он предусмотрительно проверил маршрут при дневном свете и привел нас в нужное место.