А что же тогда с врагом? Сколько они уже натерпелись и каковы были последствия? Понимали ли они, на что мы способны, на тот поток разрушений, который вот-вот обрушится на них? И все это ради одного совершенно злого человека.
— Готов двигаться, бригадир.
Голос в моих наушниках. Он вернул меня в реальный мир.
— Что это было?
— Готов двигаться, сэр.
Это был капрал Стивли, водитель. Я посмотрел на Ричарда. Он кивнул. Я легонько стукнул капрала Маккарти ботинком по плечу. Он полуобернулся, показывая мне поднятый большой палец.
— Хорошо. Пошли.
Мы проехали небольшое расстояние до района сбора, где снова ждали. Бригада была собрана в четырех таких районах. Маршрут из каждого был обозначен цветом. Штаб должен был двигаться по "Белому" маршруту к границе, которая носила кодовое название фазовая линия "Вермонт". Там нас встретят гиды и проведут через границу, а затем к входу в прорыв. Как и на репетиции, в прорыве было шестнадцать трасс, обозначенных буквами от "А" до "P". "Белый" маршрут разделялся на четыре отдельные дорожки, проходящие через прорыв, от "Е" до "Н", две для колесной техники, две для гусеничной. Мы должны были ехать по маршруту "G". Вход в прорыв получил кодовое название фазовая линия "Айова", выход из прорыва — фазовая линия "Висконсин". Как только мы пересекали "Висконсин", мы прощались с американскими гидами и переключались на британских, которые, в свою очередь, сопровождали нас по оставшейся части "Белого" маршрута до пунктов сбора в Ираке.
То же самое происходило и со всей бригадой. Слева от нас "Стаффорды" должны были двигаться по "Зеленому" маршруту, а справа от меня ирландские гусары — по "Синему". В дальнем правом ряду, на "Желтом маршруте", находилась боевая группа гвардейских шотландских драгун Джона Шарплза.
По каналу связи дивизии я слышал, что впереди нас образовалась грандиозная пробка. 16/5-й уланский полк не смог пройти мимо американской бригады. Такова была война. И вдруг, в половине девятого, сеть связи бригады ожила.
По рации вышел Чарльз Роджерс.
— Нам срочно нужен вертолет. Ранен стрелок. Огнестрельное ранение в грудь.
Рядовой Шон Тейлор, служивший в взводе ПТРК "Милан" капитана Тима Сэндифорда, был ранен в грудь при случайном выстреле из винтовки SA80. Казалось, целую вечность я слышал по радио, как Чарльз направлял вертолет к госпиталю. Это было невероятно тревожно. Поскольку им больше нечем было заняться и не о чем было слушать, их проблемы казались грандиозными. Я испытал огромное облегчение, когда прилетел американский вертолет "Блэкхок" и забрал рядового Тейлора.
В десять часов нам было приказано выехать из пунктов сбора к линии "Вермонт". И снова произошла неизбежная остановка, так как те из нас, кто отстал, оказались в пробках на дорогах. В семь минут первого мы въехали в Ирак.
Схема прохода бреши в минном поле, 24–25 февраля
Больше песка, больше гравия, больше камней. Зрелище было удручающее. Граница была обозначена песчаной насыпью высотой около восьми футов. Большую часть ее снесли американские бульдозеры. С одной стороны стояла большая доска. На нем было написано: “Добро пожаловать в Ирак. Со всей любезностью от Большой Красной Единицы". На въезде в колею, ведущую к проходу в минном поле, была огромная буква "G"; мы следовали за "хамви" военной полиции. Наши гиды провели нас самым извилистым маршрутом через полосу препятствий.
- Ты уверен, что мы все еще едем на север? — спросил я Ричарда после очередного поворота, который, казалось, указывал нам прямо на запад.
Он пожал плечами, и в конце концов мы прошли. Наш гид отдал нам честь и помчался обратно через переход, чтобы забрать своих следующих клиентов. Мы поискали британских гидов, которые должны были встретить нас и отвести к пунктам сбора, но равнина была пуста. Мы с Ричардом посмотрели на карту и наметили маршрут, который привел бы нас прямо туда.
— Действуйте, — сказал я капралу Стивли.
Реальность войны коснулась нас, когда мы увидели свидетельства более ранних артиллерийских и воздушных атак. В одном районе были остатки огневого рубежа. Вместо хорошо подготовленной артиллерийской позиции там была кровавая бойня. На песке валялись осколки бочек, траншеи и блиндажи были разрушены. Мы проехали мимо этой мрачной картины в молчании.
В двенадцать часов двадцать минут из дивизии поступил еще один приказ по радио.